Арина замерла, ожидая увидеть, как стальная нить силы связывает этих двоих. Но стук ее сердца отмерял время и ничего не происходило. Влад тоже ждал. И с каждой секундой самообладание его покидало, руки начали трястись и вот уже он отпустил рукоять кинжала, встал и начал медленно отходить от замершей Мэллы.
— Нет, нет, нет, — бормотал он. — Этого не может быть.
Воспользовавшись его замешательством, Арина собрала все свои силы в кулак и, схватив попавший ей под руку кофейник, обрушила им свой гнев и страх на голову Влада. На удачу, этого хватило, чтобы тот завалился без сознания. Теперь Арина стояла повреди комнаты одна. С окровавленным металическим кофейником в руках. Влад лежал у ее ног. Дариз так же смирно сидел в кресле. А Мэлла лежала на любимом ковре отца с кинжалом в сердце, и кровь впитывалась в светлый длинный ворс, разрастаясь бурым пятном. В подрагивающем свете от множества расставленных по комнате свечей лицо Мэллы выглядело спокойным и даже одухотворенным, Но чем больше Арина в него всматривалась, тем отчетливее понимала, что жизнь его покидает.
— Что здесь… — Ярат вошел с бутылкой отрытого вина в руках и замер.
— Где ты, падший тебя побери, был! — Арины бросилась на него с намерением убить на месте. Но оказавшись рядом, смогла только разрыдаться. Она так и осталась сотрясаться в дверях, когда Ярат, обойдя ее, опустился на колени рядом с Мэллой. Он что то шептал, положив руки ей на грудь.
— Где же ты был… — продолжала говорить Арина уткнувшись себе в ладони.
Но Ярат не слышал, все шептал и шептал.
— Она еще здесь, — через какое то время оглушающе закричал он. — Она еще здесь. Арина! Подведи Дариза! Быстро.
— Думаешь, что ей поможет умалишенный священник?
— Быстро!
Арина не стала больше спорить. Если Ярату от этого станет легче, то она выполнить все его просьбы. Может быть он хочет, чтобы его подруга получила последнее благословение прежде, чем ее душа отправиться к богу? Поэтому Арина подвела Дариза поближе. Ярат рывком заставил его сесть рядом с Мэллой. Взял его руку и положил на рукоять кинжала, что все еще торчал из груди девушки.
— Дариз, — обратился он к Священнику. — Я знаю, что ты где то здесь. Я знаю, что ты этого никогда не хотел, но придется друг. Прости. Пожалуйста, прости меня? — все это он говорил тихо, прислонившись своим лбом к его.
С этими словами он немного потянул руку с клинком и замер.
И Арина замерла. Сначала она хотела было отвернуться, не желая смотреть за его странными и непонятными действиями. Но не успела. Клинок с трудом вышел из груди Мэллы и в след за ним к Даризу потянулась яркая стальная нить силы. Тягучая и пульсирующая как кровь, что должна была бы бить в лежавшем неподвижно женском теле. Такое знакомое Арине стальное свечение озарило лицо Дариза. Когда эта полоска силы медленно, неуверенно коснулась его груди, Арина не сдержала вскрика и стала пятиться, пока не уперлась спиной в книжные полки, но и это ее не сразу остановило, она вжималась все сильнее. Ее ноги стали ватными, дыхание почти остановилось. Захотелось повернуться и бежать куда-нибудь подальше. Она не могла допустить, что увиденное правда. Священник! Ее друг священник, о котором она заботилась, за чью душу переживала? Этого просто не может быть…
Теперь на Мэллу смотрели три пары внимательных глаз. На удивление присутствующих, кровь не хлынула из открытой раны. Ни одной больше капли. Дариз медленно дотронулся да своей узницы и та еле заметно подалась навстречу его прикосновению.
— Что я наделал… — Прошептал он.
Арина же на секунда порадовалась, что ее друг снова с ними, на секунду было так приятно снова слышать его голос. Но только на секунду. Стальная нить, что теперь связывала его и Мэллу быстро затмила своим тускнеющим светом радость. Держатель. Дариз — держатель.
— Это не ты! — поспешил его утешить Ярат. — Посмотри на меня, брат. Она умирала. У меня не было выбора. Прости. Но я не мог ее отпустить. Прости. Я знаю, как для тебя было важно этого избежать, — теперь Ярат уже смотрел на Мэллу. Гладил ее лицо. Даже в неверном свете от свечей было видно, что к нему снова возвращается жизнь, хотя рана от стрелы все еще кровоточила.
Арина не могла на нее смотреть. Она не могла рядом с ней находиться. Пусть прекрасно понимала, что это чушь, но отчего-то казалось, будто она может заразиться от Мэллы, и снова стань безвольной рабыней. Чтобы больше себя не мучить, она поспешила выйти из библиотеки. Но оказавшись за дверьми, поняла, что бежать не куда. Она в своем доме. Поэтому Дариз, что вышел следом, застал ее стоящей в растерянности посреди темного коридора. Он ее тихо окликнул:
— Арина…
Она обернулась. Дариз хотел было подойти, но Арина жестом попросила его остаться на месте. Нет, она этого не вынесет.
— Ты знал, что ты… — Она не смогла произнести это слово. Но он понял и кивнул. — Давно?
— С детства. Я … Поэтому меня и отдали родители в услужение Единому богу. Что бы охотники не выяснили кто я, не пытались меня завербовать. Я никогда не хотел этого делать, — Дариз указал в сторону библиотеки.
