— Свою любовь? — закончил за него Измир. Мэлла слышала в его голосе улыбку и знала, что он улыбается ей. — Когда в мою жизнь пришла Мэлла, вместе с ней в нее вернулся и мой брат. Мэлла, — окликнул ее тихо Измир и продолжил, не дожидаясь, что она ему ответит или хотя бы посмотрит на него. — Я всегда знал, что тебе от меня нужно. Это не я сам, не моя любовь, не моя постель. А деньги, спокойствие и защита. Но я тебе так благодарен, что ты привела ко мне Ярата. Пусть и так не на долго. Ты позволила мне вернуть ему хотя бы частичку долга. Наши родители, да и все вокруг его предали, — нежность в его голосе пропала. Теперь он говорил Даризу. — Он был таким маленьким, беззащитным и растерянным. Ему было лет десять, когда у него проявились силы. Я тогда был в частной школе и когда вернулся домой мне объявили, что брата у меня больше нет. Для всей семьи он погиб. Я еще долго верил в то, что мой маленький братец где то похоронен. Ровно до того момента, когда спустя три года он к нам вернулся еще больше напуганный, потерянный и самое удивительное не изменившийся ни на день. И снова его предали.
— Тогда его и встретила моя мама, — продолжил историю Ярата Дариз. — Она привела его домой, так он с ними и жил. Потом я ушел в услужение Единому Богу. А Ярат пошел своей дорогой.
— Я не знал, где он жил те годы. Я его нашел уже взрослым. Родителей тогда уже не стало. Но и со мной он не горел желанием общаться. Несколько раз приходил спрятаться. Пока не привел Мэллу.
Мэллы лежала и слушала их разговор и дыхание Ярата. Она была так близко к нему, что могла расслышать и стук его сердца. Тук. Тук. Тук…. Тишина
Ярата похоронили. Тихо. Только Мэлла и Измир. Родителей уже несколько лет как не было в живых, а остальные члены семьи и не знали о том, что он еще мальчиком вернулся. Для всех он погиб многие годы назад от быстрой болезни. На семейном кладбище даже была маленькая могилка, куда его мать лицемерно приносила цветы. Возможно, она и горевала, но Мэлла никогда этого не поймет и не простит.
Дариз отказался провести службу и участвовать в похоронах. Пришлось пригласить незнакомца. Это был сутулый мужчина с равнодушным лицом. Он сделал все, что должен был. Но для Ярата хотелось большего. Он заслужил, чтобы последние слова над его телом сказал друг. Но Дариз был непреклонен. И этого Мэлла не могла уяснить, как не объяснял ей Дариз, что теперь он не имеет права. Теперь он должен сложить с себя полномочия. Одно дело просто нести в себе возможность пленить чье то тело и душу, другое применить ее на практике. Этого церковь не примет. Как не принимал и сам Дариз.
До дома Мэлла и Измир шли пешком. Молча. Каждый думал о своей. Каждый думал о Ярате. Мэлла то и дело по привычке смотрела в небо, ожидая появления грозы над головой. Но быстро вспоминала, что больше гроза ею не интересуется. И в подтверждение этому, не давая забыть, что Мэлла теперь не принадлежит сама себе, из ее груди сталью сияла на солнце привязь. Это с ней сделал Ярат. Последнее, что сотворили его руки. Он ее спас или погубил? Мэлле с этим еще придстояло разбираться. Но не сейчас. Сейчас она нужна Измиру. Это то не многое, чем она могла ему быть полезна. Она будет рядом столько сколько ему понадобится, что бы по этому поводу не думал Дариз.
— Я знаю, что ты меня покинешь, — словно ответил на ее мысли Измир. Он говорил тихо и спокойно, смотря куда то вперед.
— Не говори глупости. Я твоя жена. Я буду рядом, — Мэлла похлопала его по руке, на которую опиралась в пути.
Они никогда не гуляли. Ни как супруги, ни как друзья. Всегда что то мешало. Грозы и охотники. Мысли о мести и спасении мира. Ярат. И это оказалась для Мэллы неожиданно приятно. Так себя чувствуют обычные муж и жена? Эта и есть обычная жизнь?
— Ты и Ярат были со мной только благодаря друг другу, — через многие минуты молчания продолжил Измир. — И привели ко мне друг друга и друг друга удерживали. Я тебе за это очень благодарен. Но я не смогу, как он. Не я твой магнит и твоя совесть. Теперь тебя некому сдерживать от безрассудств. Тот странный парень точно не справится. Кем бы он ни был.
Медленно они дошли до их дома. Измир повернулся к Мэлле и, взяв ее за плечи, посмотрел в глаза.
— Обещай, что если я чем то смогу помочь, ты ко мне придешь.
Он прощался. Мэлла не сразу это поняла. Она смотрела на него молча. Все силы уходили на то, чтобы сдержать слезы. Нет, он не прогонял. Он просто понял раньше нее.
Дариза Мэлла нашла на том же месте, где видела его утром, перед тем как уйти на похороны. Он сидел в отведенной ему спальне в закрытыми глазами на полу, подобрав под себя ноги, выпрямив спину.
