Арина посмотрела на запястье, которое при ее первом пробуждении здесь резала эта самая женщина. Но та аккуратно взяла ее вторую руку и подняла потрепанный рукав платья. Там действительно была начертан чем то красным незнакомый Арине знак. Она попыталась его стереть, но ничего не вышло, ни одна линия даже не смазалась.
— Мне жаль вас расстраивать, Но я не интересую грозу.
Арине показалось, или лицо мамы озарила тень надежды. Но не на долго.
— Я же вижу, что потоки к тебе льнут… Они тебя видят. Ты явно унаследовала мое проклятиео.
Арина снова присмотрелась к ней. Видимо усталость давала о себе знать. Как еще объяснить то, что очень важные вещи о ней Арина замечает частями.
Теперь же Арина четко видела, что потоки силы, пронизывающие все вокруг вились вокруг мамы и касались ее. Арина рассмеялась. Она смеялась и не могла остановиться.
— Арина, — обеспокоено окликнула ее мать и взяла за плечо. Арина же поспешила убрать ее руку от себя.
— И сколько же нас таких, а? Куда не приду в последнее время везде видящие. Это ведь так называется?
— Ты знаешь еще? Пожалуйста скажи кто и где? Это может спасти тебя! — мама упала перед Ариной на колени и схватила ее за руки.
— Даже если бы они могли, ни за что бы не сказала. Тогда ведь их бы отправили на съедение грозе? — мама кивнула. — Но они, как и я, вам не помогут. Одна мертва. Вторая, — Арина коснулась стали исходящей из груди мамы, — невольница. Как и мы.
— Мы?
Арина потянула ворот своего некогда хорошего и дорого платья вниз и показала уродливый шрам на груди. И из него, будто специально именно сейчас поймав луч солнечного света, блеснула тонкая нить силы, что вела к далекому Даризу.
— Тот держатель, что привел тебя, божился, что ты не его невольница. Вот Мирон будет в ярости. Но, боясь тебя это не спасет.
Арина не могла поверить, что не смотря на свое решение не болтать лишнего, все таки ошиблась и на такое неожиданном моменте. Ее привел Влад. Она и не помышляла, что Мирон и мама думают, что она свободна.
— Моя жизнь кончилась четыре года назад, когда я ушла от отца. И Влад вам не совсем солгал. Этот шрам мне действительно достался от долгих лет его плена. Но эта связь не с ним. Поэтому, я ни вам, ни вашему Мирону ничем помочь не смогу. Что меня несказанно радует.
— Зря ты мне это рассказала. Ты же понимаешь, что мне придется рассказать все Мирону?
Арина кивнула
В следующий раз дверь распахнулась спустя какие то минуты, быстро и громко хлопнув. На пороге стоял разгневанный Мирон. Он молча смотрел на Арину, словно еще не решил, как ему с ней поступить. А Арина молча ждала. К чему бы не привели его размышления, ей ничего не изменить. Осталось подождать своей участи. А ждать Арина всегда умела. Хотя в этот раз большого навыка бы не понадобилось. ?- И снова я потерял видящую на этом! Влад же божился, что ты свободна. Придушу его! — прорычал он и, подойдя к Арине, одним резким движение, схватив ее за плечо, заставил поднять на ноги и потащил за собой вон из комнаты. — Ах, жаль, что я твоего папашу отпустил, — эти слова порадовали Арину. Папа в безопасности. Но в обстоятельствах эта радость грела не долго. — Вот бы сейчас на его же глазах пустить тебя падшему на прикорм. Но ничего, пусть твоя мать посмотрит. Мне этого будет достаточно.
Арина хватала ртом воздух. От боли в плече. От скорости, с которой Мирон ее тащил по коридорам и лестницам куда то вниз. И от неожиданного слова "мать". От всего этого она не сразу поняла, что ее ведут по знакомым коридорам. Несколько недель назад они с Яратом и Даризом были именно здесь. Ну да. Конечно. Она ведь именно этого Мирона и видела тогда, убегая.
А они все спускались и спускались. Судя по направлению одной из трех стальных нитей, что шли от груди Мирона, там, куда они направлялись, их ждал невольник или невольница.
И действительно, спустившись по очередной пологой старой лестнице, они оказались в большом сыром помещении с высоким каменном сводом потолка, где воздух кажется стоял не шевелясь десятилетия. По крайней мере, он пах застоялой сыростью, землей и гнилью. Один единственный факел был в руках у мамы. Она стояла не шевелясь. На сколько позволял рассмотреть пляшущий свет, ее глаза были в тумане, по щекам текли слезы, губа разбита и по лбу текла тонкая струйка крови.
Мирон втолкнул Арину на середину зала так сильно, что она упала на колени. Ее руки сразу почувствовали знакомое прикосновение черноты. Но не той, что ожидаемо таилась там, куда не доходит свет. Нет, это привет от падшего. Если бы Арина раньше его не встречала, не общалась с его черными потоками, что всегда сопровождают Ярата, то сейчас не смогла бы сохранить хладнокровие. Но она смогла, и поднялась на ноги, не показав ли одним мускулом лица, что видит на полу что то необычное.
И похоже, на Мирона это подействовало. Он ждал другой реакции. Неужели она видит на его лице сомнение? Он повернулся к маме и спросил:
— Черная сила ведь здесь? Он не уснул? — она не ответила, тогда он легко двинул рукой, позволяя ей отозваться.
