А потом рассказала обо всем, что случилось с ней, когда она заблокировала в вотсапе своего бывшего возлюбленного, а после отстранения от расследования — и от всех доступных телефонных каналов связи. Мало того, что отравили ее кота, — кто-то начал подбрасывать ей домой и на работу пакеты с собачьим дерьмом, а на стене ее дома стала появляться всякая похабщина и оскорбления в ее адрес. Дальше — больше. «Некто» записал на стене бани в самом центре Рима ее телефон с обещанием бесплатно предоставлять любые сексуальные услуги. В результате ей непрерывно приходили десятки предложений от сексуально озабоченных типов всех возрастов, а вдобавок еще и днем и ночью сыпались анонимные предложения. Пришлось купить приватный номер телефона, до предела ограничив круг допущенных к нему абонентов. На ее персональный электронный адрес приходила куча спама, в основном сексуального содержания, ибо кому-то очень нравилось развлекаться, посылая ей всякую помоечную мерзость просто так, чтобы подразнить. Почти каждый вечер у нее появлялись посыльные с пиццей или другими продуктами, зачастую очень дорогими, хотя она, естественно, ничего не заказывала.
Нардо выслушал ее молча, ни разу не посчитав нужным даже кивнуть и не проявив никакого участия, а тем более сочувствия. Ну, по крайней мере, в том виде, какого обычно ожидаешь от нормального человека. В конце концов такое поведение стало раздражать Сабину, но не потому, что ей хотелось морального комфорта, а потому, что она и сама очень часто вела себя точно так же, когда какая-нибудь жертва очередного преступления рассказывала о своих болячках. Она не привыкла находиться по ту сторону баррикад, где стояли слабые. Но недовольство нарастало не только из-за этого, и, продолжив рассказ, она отдала себе в этом отчет. Разговаривать с Нардо означало вступить в диалог с человеком, который уже в середине каждой твоей фразы понимает, каков будет вывод, угадывает, как ты поступишь, и при этом только из вежливости пытается не заскучать.
И тогда Сабина вдруг сменила тактику и, вместо того чтобы подчиниться, приняла вызов. Отбросив ненужные подробности, она быстро ухватила суть и, подстегнутая одобрительной реакцией собеседника, у которого на лице появилась улыбка, начала предвосхищать его вопросы. Это сработало, и теперь монолог давался ей гораздо легче. Она будто заново пережила давно забытые ощущения, возникавшие еще во время учебы на юрфаке, когда под конец собеседования во время ответственного и утомительного экзамена понимала, что сможет получить в зачетку хорошую оценку. То, что она испытывает те далекие ощущения, рассказывая свою жизнь совершенно чужому человеку, показалось ей абсурдом, но не обескуражило. Просто-напросто она вдруг оказалась лицом к лицу с разумом, намного ее превосходящим, и сумела найти верный способ разговаривать с ним на равных.
— Теперь, Нардо, ты наверняка спросишь себя, почему я, столько лет прослужив в полиции, спасовала перед натиском всех этих событий. Более того, если не принимать во внимание, что меня ограничили в самом главном, учреждение, где я состою на службе, вовсе не собирается выставлять против меня тяжелую артиллерию.
— Нет, ни о чем я себя не спрошу, потому что заранее знаю ответ.
Сабина улыбнулась, признав за собой маленькое поражение:
— Ну, тогда просвети меня. А там разберемся!
— Те, кто не привык барахтаться в болоте отношений парочки дегенератов, зачастую думают, что полиции достаточно погрозить злодею лопаткой, и проблема разрешится сама собой. Но я-то хорошо знаю, что это не так. Уже сам факт, что жертвой стала сотрудница полиции, а предполагаемый палач — прокурор, делает болото еще опаснее, это понять нетрудно. Хочешь, попробую нарисовать тебе картину того ада, в котором ты жила все последние недели?
— Валяй.
— Из-за профессиональной деформации ты поначалу известила всех об атаках, которым подвергалась. Амбо[10]?
— Амбо.
— Из осторожности твои начальники, хотя и знали имя злодея, убедили тебя сделать заявление о бесчинствах неизвестных. Терно?
— Терно.
— Твои бывшие подчиненные из комиссариата, до обморока испугавшись противостояния со своей бывшей начальницей и со всей организацией, принялись искать совпадения, что обычно не ведет к преследованию других жертв, даже при наличии фактов и потяжелее. Попав несколько раз пальцем в небо, все, даже умники из мобильной бригады, начали подавать руки и сыпать щедрыми обещаниями. Кватерна?
— По полной!
