Альбина прервалась и отпила из кружки несколько глотков, после чего продолжила:
– А потом мутил с другой, но того же сорта. Наверное, знаешь, кто такие «альфа – самки»? – добавила с усмешкой. – В школе они – крутые, популярные девахи, ставят на колени, выдирают волосы за туалетом, а в двадцать пять – потасканные, стремные бабищи, дают на привокзальной лавочке за водку.
– Знаю. Как не знать? Была у нас «гроза дискотеки» – сейчас без слез не взглянешь. Наплодила троих детей от разных мужиков. Папашки чалятся по зонам, а она бухает.
– Жесть…
– И что он находил в таких? – спросила Валя.
– Ну как. С хорошей девочкой нужно гулять полгода, чтобы ее поцеловать. А этой щелкнул пальцем, и она пошла с тобой и сделала что надо. Но я все равно не понимаю: Байкул мог выбрать лучше. Он был спортивным парнем. В школе играл в хоккей. Быстро вытянулся и смотрелся мужественно на фоне остальных задохликов. А еще был приколистом хоть куда! Травил такие анекдоты, что девочки краснели, а мальчики запоминали их и пересказывали в других компаниях, как «от себя», чтобы казаться взрослыми, крутыми. Что улыбаешься?
– Да так, кое-что вспомнила.
– У тебя с ним что-то есть?
– Ну… он мне нравится, – призналась Валя. – Мы знакомы где-то месяц, каждую неделю езжу с ним с карьера. Пока просто общаемся…
Альбинка посмотрела недоверчиво, как будто Валя что-то ей не договаривала.
– Пусть надевает резинового друга, уж извини за прямоту. Мало ли, парень с очень бурной юностью… Ну ты поняла.
– Да ну тебя! – Валя хлопнула кузину по плечу. – Такие вещи в двадцать первом веке даже не обсуждаются. Само собой, – и поспешила перевести разговор на другую тему.
…Странно, но после всего услышанного Тимур стал только притягательнее, желаннее. Выходит, богатый опыт украшает лишь мужчину, ведь будь на месте Вали заезжий парень и узнай он, что через девушку прошла толпа, испытывал бы к ней брезгливость, разочарование, но не интерес.
Валю же скорее напугала бы неопытность, если бы Тимур не знал, как подступиться к ней, и в свои двадцать восемь лет ничего бы не умел. Она бы побоялась связываться с ним: вдруг у него какие-то проблемы? Что ей даст закомплексованный партнер?
Вдруг, словно пуля, ее сознание прошила мысль, а не соврал ли ей Тимур про выходные? Ей сказал, что будет занят на участке, а сам встречается с другой – а что? От Вали не добился ничего, вот и нашел кого-то посговорчивее. Пока она о нем мечтала, он, может быть, не знал, как от нее отделаться!
«Не, ну серьезно! До этого он был инициатором всех встреч. А в этот раз даже не заикнулся, почему? Наверное, решил: а толку тратить время, когда полно таких, кого лишь пальцем помани, и сразу прибегут!»
Жар хлынул в голову. Валя вскочила с кровати и пошагала на кухню, где выпила стакан воды. Вернулась с твердой уверенностью, что завтра первой позвонит ему и спросит, как дела. По его тону, интонации она почувствует, как он реально к ней относится, рад ли ее звонку или едва скрывает раздражение.
Она зачем-то вышла на его страницу во «ВКонтакте». Пролистала стену и не нашла там ничего разоблачительного. Подумала, ну в самом деле, не выкладывать же ему пост: «Валь, это Маша, мы сегодня хорошо покувыркались» – и посмеялась над своей же глупостью.
Кое-как она уснула, а на следующее утро не могла дождаться вечера, когда поедет провожать Альбинку в центр города и оттуда позвонит Тимуру. Скажет, что прогуливалась рядом – может, тот не растеряется и пригласит ее зайти?
И хоть в общении с двоюродной сестрой все было как обычно, и, кажется, Альбина ничего и не подозревала, но Валя чувствовала перед ней вину. Приезд кузины отошел на второй план. Гордеева тайком поглядывала на часы и ждала, когда уже ее проводит.
На автовокзал они приехали в пять вечера, за двадцать минут до отправления автобуса, уверенные, что в кассе есть билеты. Другое дело – дневная электричка до Екатеринбурга, которая по воскресеньям набивалась так, что внутри было не протолкнуться. Все стремились уехать на ней, поэтому вечерний автобус обычно отправлялся полупустым и подбирал людей по деревням, лежащим на пути.
Альбинка забежала в обшарпанное здание, чтобы купить билет, а Валя осталась ждать ее снаружи. Она не пожалела о том, что надела теплые ботинки и зимний пуховик: на календаре было начало ноября, но уши и щеки уже пощипывал морозец. Интересно, как там Тимур, не вымерз на участке?
«Уже стемнело, и, наверное, он на пути домой. Высматривать такую мелочь, как демантоид, сейчас бессмысленно», – подумала она.
В дверях показалась Альбина. Белый билет в ее руке светился в подступившей темноте. Она торопливо прошагала к Вале, постояла с ней и, перед тем как сесть в подъехавший автобус, попрощалась очень тепло, сердечно:
– Ну давай, сеструх! Не скучай тут. Через месяц приезжай ко мне в квартиру, отметим новоселье!
– Давай, Альбинчик! Обязательно отметим! Не забудь и напиши, как доберешься, – и Валя обняла сестру.
