Несколько минут с Валей ничего не происходило, а потом… Комнату будто осветил прожектор, камень в кольце сверкнул так ярко, что она зажмурилась. Открыв глаза, Валя уставилась на остальных: шестеро таких же, как она, бегали по комнате и обсуждали, спорили, откуда лучше запускать салют, с улицы или со двора. Их речь стала быстрой, четкой, с агрессивной ноткой – фен превратил подвыпивших парней в участников рэп-баттла.
– Без десяти! Скорее айда, айда во двор! – проговорила Таня скороговоркой, подгоняя остальных.
Все повалили в прихожую. Тимур обхватил Валю за талию и, приподняв над полом, как ребенка, прокрутил вокруг себя.
– Тимурка, отпусти! – засмеялась та, уворачиваясь от поцелуя.
Во рту стало сухо, и губы слипались, будто смазанные клеем.
Пара выбежала к остальным. Вухлинское небо озарили залпы праздничных салютов. На улице по соседству с их компанией пристроились какие-то мальчишки.
– А-а-а-а-а! С Новым годом, ребя! – прокричал им Макс.
– С 2015-м, ура! – крикнули в ответ они.
В компании все стали друг друга поздравлять. Валя пребывала в эйфории; внутри нее будто взрывались фейерверки. Вид охваченного разноцветными огнями неба настолько гармонировал с ее внутренними ощущениями сильнейшей радости и торжества, что она подпрыгнула и хлопнула над головой руками. Ее движения оказались заразительными. Все, и Таня с Катей, и Тимур с друзьями-мужиками, здоровыми лбами, запрыгали, как зайчики на детском утреннике.
– А-а-а-а-а! – на всю улицу стоял восторженный, счастливый крик.
Соседи могли подумать, что молодежь поддатая, вот и шумит, но сознание девчонок и парней в эти минуты было ясным.
Валю поразил эффект от чудо-порошка: она сразу протрезвела, взбодрилась, как будто бы влила в себя две банки энергетика, а не два бокала игристого вина.
В доме их ждало настоящее веселье. Таня с Катей приготовили смешные конкурсы и развлекали всю компанию до самого утра. На еду никто не мог смотреть, и ее убрали в холодильник. Пили сок и «Кока-колу». Алкоголь не трогали.
«Посмотреть со стороны, так собравшиеся здесь не амфетаминщики под кайфом, а энергичные веселые ребята в отличном настроении. Только со зрачками в пол-лица», – подумала Гордеева.
А ближе к трем часам их стало отпускать…
Откуда-то взялась тревога. Именно сейчас, в разгар новогоднего торжества, когда по всей стране еще гремели фейерверки и салюты, Валя всерьез обеспокоилась поиском квартиры. Все сразу отошло на второй план: праздник, конкурсы. Ей захотелось немедленно зайти на сайт по поиску жилья, чтобы найти квартиру в Екатеринбурге, а утром уже звонить хозяевам и уточнять детали. И ничего, что первого числа…
Взглянув на остальных, она заметила, что все как-то «подсдулись», сидели с кислыми лицами, и каждый был погружен в себя.
– Э-э-э, вы чё? Еще по дорожке? – снова проявил инициативу Славик.
– Валяй, – вяло махнул Максим.
Славик расчертил дорожки, и все понеслось по второму кругу. Чудо-порошок не просто оживил, но и зарядил такой энергией, какой хватило еще на несколько часов бурного спора.
Гордеева занимала непопулярную позицию: она не радовалась присоединению Крыма. А Равиль, суровый уральский заводчанин, наоборот, оказался кондовым «крымнашистом». На этой почве между ними и разгорелся спор.
Друг Тимура повторял слова из телевизора, мол, полуостров теперь наш, и америкосы не полезут в Севастополь; хер им, а не базу НАТО вблизи российских границ.
На что Гордеева отвечала столь же эмоционально, резко. «На кой хрен сдалась эта земля – своей, что ли, не хватает? Мы заплатили дорого за эту авантюру! Недавно доллар стоил тридцать пять рублей, а сейчас взлетел за семьдесят!»
Остальные пытались утихомирить спорщиков. Друзья собрались, чтобы встретить Новый год и отдохнуть, а не обсуждать политику, которая и без того лезла из всех щелей.
На радость всем вскоре оба выдохлись и замолчали.
Фен отпускал, и голову опять заполнили гнетущие, навязчивые мысли. И если во время первого отходняка Валя распереживалась, что не найдет квартиру, то теперь же она озаботилась судьбой страны. Будущее ей рисовалось в мрачных красках, и Гордеева не находила свое место в нем.
Ей стало страшно: что происходит с ее психикой? Каких-то пять минут назад она смеялась, спорила – а теперь как будто наступил черный провал. Если она не остановится на двух дорожках, какая жуть полезет в голову в следующий раз?
В шесть утра Славик встряхнул пакет с остатком и принялся чертить последние дорожки. Хмурые девчонки смотрели в одну точку и от новой порции дофамина и серотонина отказались.
– Этой подруге тоже хватит, – кивнул Тимур на Валю. – И так буйная. Достаточно.
– Не надо, я не буду, – пробормотала та под нос.
Тимур подумал и тоже отказался. Парни поделили на троих.
