К девяти часам подъехали Славик с Таней и Равиль с Катей. Обе пары были местными, вухлинскими, но давно перебрались в Челябинск и работали кто где: Славик – автомехаником в частной мастерской, Равиль – теплоэнергетиком на одном из челябинских заводов, Таня – мастером шугаринга в салоне красоты, а Катя – бухгалтером в какой-то фирме.
Со слов Тимура, парни вместе выросли, и, судя по многочисленным совместным фото во «ВКонтакте», нередко собирались и поддерживали тесное общение даже теперь, спустя десять лет после окончания школы. Их подруги учились классом младше, и скорее всего, Альбина знала их.
Вчетвером они примчали из Челябинска на машине Славика. До этого Валя переписывалась с девчонками в WhatsApp и они разделили, кому что покупать, готовить. Решили, что Тимур с Максимом скидываются на шашлыки и алкоголь, виски для парней и «Мартини Асти» для девчонок, Валя готовит два салата и бутерброды с красной искрой, челябинские друзья привозят большой сет роллов, пиццу и… амфетамин.
Похоже, сериал «Во все тяжкие» не прошел бесследно, и на Урале активизировались свои Хайзенберги48. Валя не стала спрашивать, где достали и сколько стоит этот наркотик, но к новости отнеслась с опаской. В итоге любопытство пересилило.
«Его же не нужно никуда колоть, как героин. Им балуется в ночных клубах молодежь, нюхает, как кокаин…» – думала она.
Тимур так и сказал ей:
– Фен – кокаин для нищих.
– Ты пробовал? Какие ощущения? – расспросила Валя.
– Пробовал давно, когда еще жил в Челябе. Ощущения? Ну ты, наверно, знаешь про спиды? Под этим делом отжигают в клубах! Спиды, скорость, фен, амфетамин – это все один наркотик. Сперва кажется, что ты – супермен, ёпта, Бэтман! – он рассмеялся. – Энергия так и прет, ты реально готов на подвиги. Но когда тебя отпускает, накрывает жесткий депресняк… От одного приема ничего не будет, но сидеть на фене постоянно – это ж-жесть.
И теперь Валя внимательно следила за тем, как Славик делает дорожки на коробке из-под пиццы, разравнивая пластиковой картой белый порошок.
Шел одиннадцатый час. Девчонки накрыли праздничный стол. Макс с Тимуром внесли со двора глубокую тарелку с шампурами – вот и подоспела первая партия ароматных шашлыков.
– Ну чё, – окинул всех нетерпеливым взглядом Славик. – По дорожке? Или сперва накатим?
– Куда торопишься, Славян? – весело спросил Тимур. – Айда за стол, хоть пообщаемся.
– После фена отшибает аппетит, – поддержал Равиль Байкула. – Для кого тогда весь хавчик?
– Валю не пугайте, – сказала рыженькая Таня, косясь на них. – Подумает: попала к нарикам…
– Не переживайте, все нормуль, – заверила их Валя с извиняющейся улыбкой, как всякий новичок в чужой компании.
– Валь, айда, попробуешь? – поманил ее Славик, видя, с каким интересом та следила за его приготовлениями.
– Хорош уже, угомонись! – одернул его Тимур.
Славик убрал коробку на подоконник.
Наконец все расселись за столом. Не дожидаясь боя курантов, подняли бокалы, кто с виски, а кто с игристым вином. Прозвучал тост: Макс на правах хозяина поблагодарил уходящий год за работу и друзей, с которыми сидел здесь за столом. Высказал пожелание тем же составом собраться и в следующем году.
– Тебе бы еще девушку хорошую, – сказала Катя, но звон бокалов заглушил ее слова.
От выпивки перешли к закуске. Первой опустела тарелка с Валиными бутербродами с красной икрой. Следом в ход пошли салаты, горячий шашлычок. Все быстро разобрали по шампуру, и Максим с Тимуром, набросив куртки, отправились готовить вторую партию.
Валя, улыбаясь, потягивала «Мартини Асти». Она слегка опьянела и чувствовала себя расслабленной, счастливой. И парни, и девчонки оказались очень простыми; она сразу же влилась в эту веселую компанию.
Славик включил ноутбук и запустил плейлист. Заиграл какой-то незнакомый рэпчик.
Ближе к двенадцати, когда в животах приятно потяжелело, все вспомнили о порошке. Валя хотела подлить в бокал «Мартини», но Тимур ее остановил: мол, не надо мешать с феном, потом будет хреново.
Славик понял, что народ созрел, и коробка с расчерченными белыми дорожками сразу оказалась на столе. Он, как в кино, скрутил купюру в трубочку и через нее поочередно втянул в ноздри порошок.
Все ждали его реакции.
– А-а-а-ай, пошла ядрёная! – выдал он, чуть сморщившись, и похлопал себя по носу.
Каждый подошел и проделал то же самое. Особой сноровки здесь не требовалось, и Валя с легкостью повторила эти нехитрые действия. Визуально разделила трехсантиметровую дорожку на две части и втянула по половине в каждую ноздрю.
Нос прошибло химозным запахом. На диван она садилась, прислушиваясь к своим ощущениям.
– Ну как? – спросил Тимур.
При взгляде на него Гордеева чуть отшатнулась.
– Ни фига себе, какие у тебя зрачки!
– У тебя такие же, – он растянулся в неестественной улыбке, такой широкой, что казалось, его рот порвется.
