«Имею. Я не какой-то самоучка, а специально этому учился. Мне доверяют крупные и дорогие камни. За огранку одного такого могут заплатить десять тысяч рублей. Удивлена? Но если, к примеру, изюм или шурик50 тянет на несколько сот тысяч, почему бы не потратить десятку на огранщика? Толкового огранщика, как я», – ответил он, самодовольно улыбаясь.
И действительно, зачем она взялась его учить? Тимур давно крутился в этой кухне и сам все знал. Валя посмотрела на ситуацию по-другому и сильнее зауважала своего мужчину за мастерство и предприимчивость.
«Кстати, покажешь мне александрит? – попросила та. – Хоть одним глазком взглянуть на эту редкость…»
«Не вопрос. Как будет, покажу», – кивнул Тимур, и Валя это обещание запомнила…
За два года в геологии Вале удалось скопить двести двадцать тысяч рублей, и все благодаря полям. Один только сезон в Приморье принес ей сто тридцать тысяч, что по меркам 2013 года было совсем неплохо. Будь Валя несерьезной, она спустила бы все деньги на мимолетные развлечения и тряпки. Но вместо этого она открыла банковский вклад и пополняла его небольшими суммами с каждой зарплаты.
Деньги копились на что-то крупное, существенное, и здесь на Урале ей пришла идея вложиться в самоцветы. Не в ювелирный ширпотреб, бюджетные изделия незатейливых дизайнов с мелкими камнями, которыми забиты все салоны, а в настоящий эксклюзив: демантоиды или редчайшие александриты, год за годом лишь растущие в цене.
Изумруды ей тоже нравились, но меньше.
«Демантоид искрится, как бриллиант, александрит меняет цвет при разном освещении, а изумруд… просто зеленый», – как-то сказала она Тимуру.
Тот ее мнение разделял. Но не как минералог, находивший камень скучным из-за отсутствия оптических эффектов, а как хитник и огранщик, не понаслышке знавший, в чем сложность его добычи и обработки.
Тимур считал, что с изумрудом «слишком много колготни». Начиная от добычи, которая незаконна и несет большие риски, и заканчивая тем, что этот самоцвет сам по себе проблемный. В природе редко встречаются чистые кристаллы изумруда, чаще мутные, забитые включениями, трещиноватые. Последнее таит в себе опасность: камень может треснуть при огранке. Поэтому к ней нужно подходить серьезно, с опытом и мастерством. Из всего кристалла годны только отдельные участки, и в лучшем случае получится вставка в несколько карат.
В общем, имея на руках около трех с половиной тысяч долларов, Валя размышляла, в какой бы самоцвет их вложить. Она сомневалась, что этих денег хватит на покупку изумруда или александрита. Оба считались статусными, дорогими и для людей с туго набитым кошельком. Другое дело – демантоид, зеленый гранат. Тоже недешевый, но демократичнее первых двух.
По Валиным расчетам, ей как раз должно было хватить на две вставки или «третьего» травянисто-зеленого, или «четвертого» желтовато-зеленого цвета, каждая весом от одного до полутора карат. У нее имелись серьги-гвоздики с малиновыми родолитами, серебряное кольцо с темно-красным альмандином, а с недавних пор и золотое кольцо с топазолитом. Ей хотелось прибавления в гранатовом семействе, и для счастья не хватало кого-то из зеленых представителей: гроссуляров, демантоидов или цаворитов51.
Конечно, лучшими из всех считались демантоиды. Приобрести их можно было у официального добытчика – компании «Демур» или у нелегальных копателей. Гордеева хотела попросить Тимура продать ей две ограненных вставки и помочь с изготовлением пусет. В прошлый раз его знакомый ювелир все сделал качественно. Валя осталась им довольна и не могла нарадоваться на кольцо.
Она рассчитывала купить камни ниже рыночной цены (1500 долларов за 1 карат), но не задаром. Ценила тяжелый труд искателей, имела совесть и не собиралась ничего выпрашивать. Ее «Тимур, продай мне вставки» не означало бы «отдай мне их за так». Хорошие камни стоили хороших денег.
За вторую неделю в офисе Гордеева еще сильнее укрепилась в своем решении. При взгляде на сверкающую зелень ей представлялись будущие серьги. В свободное время она изучали ювелирные сайты, подыскивая дизайн, который бы подчеркивал эффектную игру уральских демантоидов, мечтала и вздыхала…
Но правда заключалась в том, что самоцвет сам выбирает своего владельца. Идет в руки именно к нему или, затаившись в недрах, выжидает встречи. И у Вали вскоре состоялась встреча с предназначенным ей камнем, но не демантоидом.
Тимур собрался в Екатеринбург в следующую пятницу. На неделе он созвонился с Валей и озвучил план:
«Я буду к обеду. Выбирай место, где можно посидеть: кафе или ресторанчик. Вместе пообедаем, и я поеду по делам. Продам кое-что из своего и верну готовое заказчику. Останется заехать в автомагазин за фильтром, и я свободен. Думаю, управлюсь до пяти. Заберу тебя, и погоним в Вухлу».
