Хитрости полностью

Наконец они поняли, что она говорит им, что Алисия была «всего лишь мулом» (результат скрещивания осла и кобылы, на сленге: человек, занимающийся контрабандой или доставкой запрещённых веществ, например наркотиков – примечание переводчика). Нет, не так называемым глотателем, который проглатывал наркотики, упакованные в латексные перчатки, чтобы провезти контрабанду через таможню, не таким мулом. И даже не так называемый фарцовщик, который вводил аналогично упакованные наркотики во влагалище или анус с той же целью, простите за каламбур. Обычный мул, обычный курьер, или девушка, в данном случае женщина, потому что ей было уже пятьдесят пять лет, хотя Дженни Чо называла её курьером, «миу», мулом.

Дженни не стала рассказывать им об источнике кокаина, который Алисия доставляла в салоны «Цветений» во время своих регулярных визитов. Дженни знала, что в бизнесе, связанном с торговлей или распространением наркотиков, есть вещи похуже ареста и тюремного заключения. Часто болтливого человека может постигнуть внезапная и безвременная кончина. Но она не думала, что смерть Алисии как-то связана с её деятельностью в качестве курьера. По её словам, она была «всего лишь перекати-полем», доставщицей деликатесов, «миу».»

Сам бизнес был небольшим.

Это были не «Французский связной» (американский детективный триллер 1971 года, сюжет основан на реальных событиях о нью-йоркских детективах из отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков Эдварда Р. «Эдди» Игана и Сальватора Энтони «Сонни» Гроссо, которые также снимались в фильме – примечание переводчика) и даже не «Связь через пиццерию» (итальянский криминальный фильм 1985 года про деятельность наркоторговцев режиссёра Дамиано Дамиани – примечание переводчика). Это не были миллиарды долларов на героине или кокаине, ввозимых в Соёдиненные Штаты контрабандой, где незаконные доходы отмывались разными способами и через разные страны. Это была просто корейская иммигрантка, женщина, сделавшая себя сама в стране возможностей, предприимчивая женщина, которая увидела способ заработать несколько лишних баксов, переправляя наркотики через свои магазины, что, в конце концов, было безопаснее и удобнее, чем покупать их «на улице, в любом месте».

Арест положил конец её истории успеха.

Но вопрос о том, кто убил Алисию Хендрикс и Макса Соболова, остался открытым.

Фонари в кампусе располагались на расстоянии около двадцати футов друг от друга. Это означало, что под каждым фонарным столбом были лужи света, затем участки полной темноты, а потом снова всплеск света, когда тропинка пробиралась между зданиями и скамейками к тротуару и ночному городу за его пределами.

Кристина Лэнгстон собрала бумаги для выборочного теста, который она проводила на трёхчасовом занятии по поэтам-романтикам, и направилась к выходу из кампуса, соразмеряя шаг с областями темноты и света, словно играя в игру, с объёмистым портфелем, покачивающимся в правой руке. Это была женщина лет шестидесяти, но бодрая, как коза, как она любила говорить, и внимательная к каждому нюансу звуков кампуса. Была середина июня, и цикады, как и студенты, как она подозревала, спаривались за каждой травинкой и на каждой верхушке.

Вдалеке виднелись манящие фонари на Холл-авеню. Там она сядет на скоростной автобус и за шестнадцать минут доберётся до своей квартиры в центре города. Мортимер будет ждать её там: напиток готов, ужин разогревается на кухне. Она отчитается перед ним о проделанной работе, выслушает его рассказы о злоключениях в издательском бизнесе, а потом они поужинают и, возможно, отправятся на прогулку, идя рука об руку по тихим улочкам за пределами их общей квартиры. А позже они вместе...

«Профессор Лэнгстон?»

Она как раз вошла в круг света под одним из фонарных столбов. Вглядываясь в темноту, она спросила: «Кто это?»

«Я», - сказал он. «Чак».

И дважды выстрелил ей в лицо.