Хэл Уиллис вошёл в комнату детективов без двадцати минут полночь. Смены обычно меняются в четверть первого, поэтому то, что он пришёл раньше, было неожиданностью. С недавних пор, как он стал встречаться с Мэрилин Холлис, он неизменно опаздывал. И неряшливо выглядел. Сегодня он тоже выглядел взъерошенным и производил впечатление человека, который вскочил с постели и надел брюки не далее, как пять минут назад.
«Там становится немного свежее», - сказал он.
На нём было короткое пальто поверх брюк и спортивного пиджака, галстука не было, верхняя пуговица рубашки расстегнута. Ростом в пять футов восемь дюймов, он был самым низким человеком в отделе, даже ниже Фудзивары, который был японского происхождения, но Уиллис знал дзюдо и каратэ, и одурачил многих дешёвых воришек, которые принимали его за простофилю. Он снял пальто и повесил его на вешалку, бросил праздный взгляд на доску объявлений, а затем посмотрел на график дежурств, чтобы узнать, кто будет делить с ним смену. Сейчас он двигался, как человек под водой. Клинг приписывал эту вечную усталость Мэрилин Холлис. Эйлин говорила, что Мэрилин Холлис - это яд. Возможно, она была права. Клинг посмотрел на часы.
«Позволь мне ввести тебя в курс дела», - сказал он.
Он рассказал Уиллису о четверых подростках, которых застрелил Дженеро.
«Дженеро?» - сказал ошарашенный Уиллис.
Он рассказал Уиллису о четверых карликах, ограбивших ряд винных магазинов.
«Карлики?» - сказал поражённый Уиллис.
Он рассказал Уиллису, что Карелла и Мейер получили на двоих три пули и находятся в больнице Буэнависта.
«Ты поедешь туда?» - спросил Уиллис.
«Может быть, позже. Мне нужно съездить в Калмс-пойнт.»
Он снова посмотрел на часы.
«Браун и Хоуз расследуют убийство», - сказал он, - «все бумаги лежат на столе Брауна. Там же есть фотография жертвы, фокусника. Они нашли его в виде четырёх отдельных частей.»
«Четырёх частей?» - сказал ошарашенный Уиллис.
«Вот номер, по которому ты можешь связаться с ними в Коллинсуорте, если понадобится. У них есть данные на парня по имени Джимми Брейн.»
«Добрый вечер, джентльмены», - сказал О'Брайен от перегородки из реек, а затем протиснулся через проход в помещение отряда. «Зима на пороге». Он действительно был одет по-зимнему: в тяжёлое пальто и кашне, которые сейчас же снял и отнёс к вешалке. Уиллис был недоволен тем, что работает в паре с О'Брайеном. О'Брайен был неудачливым полицейским. Если ты едешь на вызов с О'Брайеном, то обязательно кого-нибудь подстрелят. О'Брайен в этом не виноват. Некоторые копы просто притягивали к себе сумасшедших с оружием. На Рождество, не так давно, ну, не так давно по участковому времени, где иногда час казался вечностью, О'Брайен и Мейер остановились, чтобы проверить человека, меняющего спущенное колесо на грузовом фургоне. Грузовой фургон? Работающий в Рождество? Мужчина оказался грабителем по имени Майкл Эддисон, который только что обчистил полдюжины домов в Смоук-Райз. Эддисон дважды выстрелил Мейеру в ногу. Позже Браун прозвал грабителя «Эддисон и Стил» (
«Стив и Мейер словили на двоих три пули, ты слышал?» - сказал он.
«О чём ты говоришь?»
«Какие-то лилипуты их подстрелили», - сказал Клинг.
«Ну и дела, лилипуты», - сказал О'Брайен.
Клинг снова посмотрел на часы.
«Я собираюсь проверить машину», - сказал он никому.
«Хочешь чашку кофе?» - спросил О'Брайен Уиллиса.
До начала Дня всех святых оставалось пятнадцать минут.
