«Можно быть любого роста. Я знаю полицейских, которые могут поместиться в карман жилета.»
«Вы хотите сказать, что карлик может стать полицейским?»
«Ну, я не знаю о карликах. Но я думаю, что...»
«Потому что я умею стрелять из пистолета не хуже других, знаете ли. В цирке я выступала в роли Энни Окли (
«Вы маленькая», - сказал он. «Это одна из тех вещей, которые я нахожу в вас очень сексуально привлекательными.»
«Ну, спасибо. Но я хочу спросить, если бы я подала заявление в полицейский департамент, чтобы стать женщиной-полицейским, как полагаете, они бы меня приняли? Или они даже и не подумают? Понимаете, о чём я?»
«Я не считаю вас коротышкой», - сказал Паркер.
«О, я коротышка, всё в порядке.»
«Я думаю о вас как о деликатном человеке.»
«Ну, спасибо. Есть один человек, Ганс, он один из «Летучих голландцев», воздушный артист, знаете?»
«Угу.»
«Он написал мне очень горячее любовное письмо, я его запомнила. Меня заставило вспомнить о нём ваше слово «деликатный».»
«Ну, вы очень деликатны.»
«Спасибо. Хотите послушать письмо?»
«Конечно», - сказал Паркер и оглянулся через плечо, чтобы посмотреть, где Пичес. Её нигде не было видно. «Смелее», - сказал он.
«Он сказал, что хочет обнажить меня.»
«Раздеть, вы имеете в виду.»
«Да. Он сказал, что хочет выбросить мои изящные деликатные одёжные вещи... вот что заставило меня подумать об этом, деликатном.»
«Да, я вижу.»
«И погладить мой пубертатный (
«Да.»
«И прощупывать мою пикантную киску, и манипулировать моими миниатюрными mons veneris (
«Угу.»
«И ласкать мой компактный клитор и податливый лобок. Вот такое было письмо.»
«От одного из «Летучих голландцев», да?»
«Да.»
«Он хорошо пишет по-английски.»
«О, да.»
«Это ведь не тот парень, с которым вы сегодня? Парень, с которым вы пришли?»
«Нет, нет. Это Квентин.»
«Он не один из «Летучих голландцев», да?»
«Нет, он клоун.»
«О.»
«И очень хороший.»
«Как давно вы в городе? Я даже не знал, что здесь есть цирк, скажу вам честно.»
«Ну, мы ещё не собрались. Нас не будет до весны. В следующем месяце мы уезжаем во Флориду, чтобы начать репетировать новый сезон.»
«О, так вы просто в гостях, да?»
«Да, вроде того.»
«Вы ведь не замужем?»
«Нет, нет. Нет, нет, нет, нет, нет.»
Она качает головой, как маленькая кукла.
«Как долго вы пробудете в городе?»
«О, я не знаю. Почему интересуетесь?»
«Я подумал, что мы могли бы встретиться», - сказал Паркер и пожал плечами.
«Как насчёт здоровенной рыжей, с которой вы сейчас?»
«Пичес? Она просто друг.»
«Угу.»
«Правда. Я её почти не знаю. Элис, я должен сказать вам, что никогда не встречал такой нежной и привлекательной женщины, как вы, я серьёзно. Я бы очень хотел встретиться с вами.»
«Ну, почему бы вам не позвонить мне?»
«С удовольствием», - сказал он и достал из кармана блокнот.
«Вот это блокнот», - сказала она. «Размером больше, чем я.»
«Ну, знаете», - сказал он и снова задумался, стоит ли говорить ей, что он коп. Многие женщины, стоило им сказать, что ты коп, сразу же отшатывались. Они считали, что все копы на подхвате, все копы - мошенники. Просто потому, что время от времени ты принимал от кого-то небольшой подарок. «Так где я могу с вами связаться?» - спросил он.
«Мы остановимся в квартире Квентина. Мы вчетвером.»
«Кто именно вчетвером? Надеюсь, не «Летучие голландцы»?»
«Нет, нет, они вернулись в Германию, и присоединятся к нам во Флориде.»
«Так кто же вы четверо?»
«Вилли и Корки... они женаты... Оливер и я, и, конечно, Квентин, чья эта квартира. Квентин Форбс.»
«Какой адрес?» - спросил Паркер.
«Сорок третий по Томпсон-стрит.»
«В центре города, в Квартале», - сказал он, кивнув. «Двенадцатый.»
«А?»
Он подумал, не стоит ли объяснить ей, что в этом городе двенадцатый участок не называют «один-два». Любой участок от первого до двадцатого назывался своим полным и правильным именем. После этого он становился «два-один», «три-четыре», «восемь-семь» и так далее. Но это означало бы рассказать ей, что он коп, а он не хотел терять её.
«Какой там номер телефона?» - спросил он.
«Три-четыре-восемь...»
«Извините.»
Голос холодный, как второй день февраля, руки на бёдрах, зелёные глаза пылают.
«Я бы хотела пойти домой», - сказала Пичес. «Ты собираешься сопровождать меня? Или ты собираешься всю ночь заигрывать в гостях?»
«Конечно», - сказал Паркер и поднялся на ноги. «Приятно было познакомиться», - сказал он Элис.
