Дмитрий Сергеевич, поздоровавшись и предложив сесть, сразу спросил:
— Как поездка?
Я положил перед ним кулек с махоркой:
— Вот такого курева, товарищ генерал, мы завтра получим семьдесят тонн. По личному распоряжению товарища Зотова…
Леонов, заядлейший курильщик, не спеша свернул цигарку, затянулся разок-другой, усмехнулся:
— Ну что ж, вполне съедобно… Семьдесят тонн для такой семейки, как наша, на недельку, думаю, хватит…
— Хватит… Дополнительно выделены и мясные продукты. Из резервов, — сообщил я.
— Хорошо. Теперь отдыхайте. Подробности позже.
Возвратившись к себе, я еще долго думал о поездке в Москву, о встречах в Главном управлении продовольственного снабжения и в Кремле. Собственно, не только эта, но и каждая предшествующая поездка в столицу каждый раз наводила меня на размышления, и прежде всего о стиле работы людей, с которыми мне доводилось близко соприкасаться.
Довольно часто, например, мы встречались с начальником отдела перевозок Н. И. Проком, опытнейшим инженером, бывшим работником Наркомата путей сообщения. В короткий срок глубоко изучив организацию деятельности линейных органов военных сообщений, он внес немало нового в это дело, особенно что касалось вопроса учета продвижения транспортов с продовольствием. По предложению Прока были изготовлены специальные схемы, в графах которых строго последовательно учитывались номера транспортов специальной серии, наименования продуктов и места их погрузки, время выхода эшелонов из конечного пункта, местонахождение их на 18 часов каждых суток. Транспорт, прибывший на распорядительную станцию фронта, обозначался красным прямоугольником. Дело, конечно, совсем не хитрое. Схемы были настолько просты и наглядны, что даже при беглом знакомстве с ними сразу появлялось точное и ясное представление об обстановке на всех участках продвижения эшелонов с продовольствием. Такие схемы были у начальника Главпродснаба, главного интенданта, начальника штаба Тыла Красной Армии.
Большой вклад в организацию бесперебойного снабжения войск продовольствием вносили многие работники Главного управления, занимающие самые различные должности. Это и подполковник С. К. Алексеев, и майор А. А. Акимов и многие другие товарищи, У руководства отраслевыми управлениями находились люди, не только имеющие большой опыт снабженческой деятельности, но и хорошо знающие организацию заготовок в стране. Это и понятно. Почти все они, как я уже упоминал, ранее занимали руководящие посты в наркоматах торговли, заготовок, в снабженческих управлениях и ведомствах.
Начальникам управлений продовольственного снабжения фронтов приходилось работать со всеми этими людьми, как говорится, бок о бок, многому учиться у них, перенимать их опыт. Мы встречались настолько часто, что нас в главке считали своими людьми. Да иначе и быть не могло. Обстановка на фронтах постоянно менялась. Возникала необходимость утрясать то один, то другой вопрос, связанный с продовольственным обеспечением войск. Понятно, что решить любую проблему легче, если сам объяснишь товарищам в Главном управлении, что к чему, где надо — подскажешь. Не случайно и командующий, и член Военного совета, и начальник тыла фронта при необходимости решить тот или иной срочный вопрос не рекомендовали пользоваться телефоном, а предлагали лично побывать в Главном управлении.
Так случилось через месяц после моей поездки за табаком, как шутливо назвал ее генерал Д. С. Леонов. Весной 1944 года, когда снова дало себя знать бездорожье, дела со снабжением фронта продовольствием ухудшились. Начальник тыла генерал Д. И. Андреев ежедневно требовал доклада о наличии продуктов в войсках, на армейских и фронтовых складах и на подходе. Мяса и мясных консервов с учетом их различных заменителей оставалось на 12 суток, а других продуктов и того меньше. Правда, были еще значительные запасы соевой муки, за счет которой устраивались вегетарианские дни, но это положение не спасало. И что особенно тревожило: на подходе к распорядительным станциям транспортов было мало.
После очередного моего доклада Д. И. Андрееву он сразу же позвонил командующему 3-й воздушной армией генералу Н. Ф. Папивину и спросил, не поможет ли тот доставить одного человека в Москву. Я сразу понял, что речь идет обо мне.
— Вот что, товарищ Саушин, — сказал начальник тыла, закончив разговор по телефону, — отправляйтесь в Москву, в Главупродснаб. Решите вопрос на месте. Вам выделен самолет. Полетит еще один старшина с поручением штаба воздушной армии…
Ранним утром следующего дня, едва втиснувшись вдвоем со старшиной в заднюю кабину самолета У-2, мы поднялись с временного аэродрома и взяли курс через Ржев на Москву. Полет оказался на редкость удачным, и через шесть часов мы приземлились в районе Измайлова. Со старшиной договорились, что встретимся здесь же, на аэродроме, утром следующего дня. Вылет назначили на 10 часов.
