На флоте взаимозаменяемость и доверие особо ценятся. Мой заместитель Сергеев, подполковник медицинской службы, обладал этими качествами в полной мере.
Мезина оказалась красивой, стройной женщиной, лет тридцати пяти. Лицо смуглое и продолговатое. Внешние данные говорили о маме осетинке. Что, впрочем, впоследствии подтвердилось.
Екатерина Борисовна внимательно рассмотрела представленные мной документы. Затем протянула мне сложенную вдвое анкету и предложила ее сразу же заполнить. Я ее внимательно прочел и принялся заполнять. Недвижимости и личного автомобиля у меня не было, кроме выданной военным ведомством трехкомнатной квартиры. Надо было указать ее метраж, что я и сделал. Заполнив анкету, передал ее Мезиной. Екатерина Борисовна объявила, что мои документы в принципе безупречны, но еще нужна характеристика от руководства медицинской службы Ленинградской Военно- Морской базы и справки из военной прокуратуры и ОВД Кронштадта, что я под судом и следствием не состоял и к уголовной ответственности не привлекался.
— Весь перечень документов необходимо представить мне до первого октября, у Вас еще уйма времени, тем не менее поторопитесь, Руслан Георгиевич! Ваши документы будут рассматриваться членами центральной избирательной комиссии в течении десяти дней, при положительном решении вам выдадут удостоверение кандидата в депутаты Законодательного Собрания Санкт- Петербурга по курортной зоне — города Сестрорецк, Зеленогорск и Кронштадт с общей численностью населения сто двадцать тысяч жителей. Все, уважаемые, Владимир Яковлевич и Руслан Георгиевич, чем могу помогу. Жду Ваши документы и фаендарашт — до свидания значит по- осетински.
Из ЗакСобрания вышли в уверенном состоянии. Дзоциев предложил отметить успех в Доме журналистов, что на Невском Проспекте 70. Пускали туда не всех, только работников средств массовой информации и морских офицеров, директор Дома Журналистов сам бывший морской офицер. Быстро пообедав, обсудили на ходу некоторые детали по выборам. Поблагодарив его, я поехал в Кронштадт, ну, а Владимир Яковлевич- на свое радио, на том пока и расстались.
В течение недели я собрал недостающую документацию по предоставленной мне Мезиной переписи. А девятнадцатого октября Председатель ЦИК лично вручил мне удостоверение за номером восемь и пожелал удачи на выборах по двадцать восьмому избирательному округу.
Затем мы с Владимиром Яковлевичем пригласили Екатерину Борисовну отужинать с нами в том же Доме журналистов, где она ознакомила меня со всеми премудростями выборной компании, а также подробно объяснила, что категорически не следует делать на выборах. События стремительно развивались. Мезина и Дзицоев объяснили мне, что на выборах можно баллотироваться одномандатником, но лучше вступить в один из девятнадцати существующих на сегодня блоков. Предложили мне блок «Патриоты Петербурга», возглавляемый Новоселовым Виктором Семеновичем, как наиболее значимый на предстоящих выборах. Чем он был значим, я тогда не поинтересовался, и зря.
Позже, когда я ближе познакомился с «новоселовской компанией», мне пришлось об этом горько пожалеть. Но в тот момент я находился в состоянии эйфории и многого не понимал, или не хотел понимать. Через день Владимир Яковлевич сопроводил меня в один из многочисленных кабинетов Законодательного собрания, где познакомил меня с Володей — помощником Новоселова. Володя- «борода» был, где- то, моим сверстником, но с большим количеством странностей. Например, любил метать ножи в двери собственного кабинета или же стрелять в нее из травматического пистолета, на ношение которого у него было официальное разрешение. «Бородой» его прозвали за аккуратную шведскую бороду и усы, которые он носил.
Судя по всему, он был хорошо знаком с Дзоциевым, и как я заметил, они общались друг с другом весьма доверительно. Вот этот «Борода» и должен был представить меня Виктору Семеновичу, это мне Владимир Яковлевич объяснил в присутствии хозяина кабинета. Прошло около десяти минут, когда, наконец, обе створки двери кабинета распахнулись, и двое молодых юношей вкатили на инвалидной коляске ожидаемое лицо. Виктор Семенович, бывший председатель райсовета Московского района бывшего Ленинграда. А ныне вице- спикер Законодательного Собрания первого созыва, председатель партийного блока «Патриоты Петербурга». В ноябре 1993 года двое киллеров расстреляли начальника управления Федеральной миграционной службы по Санкт- Петербургу, на его же квартире, выпустив в него три пули. Новоселов выжил, однако потерял способность самостоятельно передвигаться и пересел в инвалидную коляску.
Виктор Семенович был предупрежден о моем приходе, я понял это по тому, что он не был удивлен нашей встрече. Дзоциев рассказывал, что его частенько навещали важные гости из Москвы: Березовский, Зюганов, Жириновский и многие другие, с мнением его считались. В тот момент он для меня был недосягаемым авторитетом, госслужащим пострадавшим от бандитского беспредела. Но очень скоро я прозрел, и произошло это следующим образом.
