Но на этом причудливое представление не закончилось. Один из скатов вдруг начал «петь». Его протяжный вой заставил душу Ольги трепетать. Это был ни с чем не сравнимый голос фантастического существа, вырвавшегося за пределы сумеречной границы, горделиво рассекающего просторы туманной реальности. Его печальная песнь оборвалась, но тут же эхом откликнулась с противоположной стороны — другой аэроскат гулко завыл над головой девушки. Ольга поразилась тому, как необычайно менялся тембр искажающегося звука, в то время как поющий скат проносился над ней, лавинообразно усиливаясь и тут же затихая где-то вдали, уносясь вслед за призрачным «певцом». Не опуская головы, Оля кружилась на одном месте, слушая хор чуждых созданий, красиво и грозно летающих в туманном небе. Достигнув фальшборта, она нащупала его рукой и схватилась за поручень, чтобы удержать равновесие. Лиша была тут как тут.
— Ну вот, а ты говорила, что я всё придумываю, — довольно произнесла она. — Необычайное зрелище, правда?
— Это… В это просто не верится, — шептала Ольга. — Этого ведь не существует, да? Это выдумка? Иллюзия? Их голоса… Они… У меня кружится голова…
— Вообще-то, это вовсе не голоса, — ответила ящерка. — На самом деле они не поют, а только разевают рты. Как ваши эстрадные исполнители под фонограмму.
Она весело посмеялась, и продолжила:
— Зачем они разевают свои пасти в полёте — непонятно. Может быть ловят в воздухе что-то мелкое, или же так дышат — не знаю, если честно. Знаю только, что рты у них маленькие, но зато очень широкие! Когда они их открывают, воздух попадает им в пасть и выходит через жабры. При этом мы слышим такие необычные «пения». Кстати, я почему-то никогда раньше не задумывалась, зачем летающим рыбам жабры? Как ты думаешь, Оль, зачем они им?
— Почему они кружат надо мной? — не слушала её Ольга, вцепившись в поручень обеими руками. — Почему так протяжно воют?
— Да не бойся ты их. Любуйся воздушным балетом. Это ведь так красиво! Редкое зрелище.
— Аэроскаты… В них есть что-то пугающее. Как в грифах, кружащих над умирающей добычей. Почему ребята их не видят? Почему не слышат их «пение»?
— Ну, наверное, потому, что они не могут видеть того, что скрыто от их глаз за тонкой гранью сумеречной вуали. Они не умеют проникать за этот незримый рубеж. Их глаза закрыты… — ответила Лиша.
— Я понимаю. Это что-то вроде ясновиденья. Значит я сумела каким-то образом «открыть глаза», и увидеть то, что не видят другие, — сделала вывод Ольга.
— Не открыть, а приоткрыть. Сейчас твои глаза как две узенькие щёлочки, поэтому ты видишь далеко не всё, что сокрыто в сумерках.
— Почему?
— Потому что нельзя распахивать глаза. Смертельно опасно. Ты увидишь такое, что тебе не понравится, увидишь неприятные непостижимые вещи. В сумерки надо погружаться постепенно. Разум должен быть подготовлен для восприятия. Ну представь, что ты опускаешься в ванну с горячей водой. Если ложиться в неё медленно, постепенно — это будет мучительно, но безопасно, потому что ты даёшь своему телу возможность адаптироваться к высокой температуре воды. В конце концов, горячая вода начнёт приносить тебе уже не боль, а наоборот — удовольствие. Но попробуй резко запрыгнуть в этот кипяток — и моментально ошпаришься.
— Так вот что случилось с Настей и Володей. Они видели то, чего не видели другие. Так же как и я сейчас.
— Не так же. Вот они-то как раз и «бултыхнулись в кипяток». Слишком быстро и слишком широко открыли свои глаза, — с грустью вздохнула Лиша.
— Теперь я всё поняла, — Ольга посмотрела вниз — на тёмную воду. — Это ловушка. Заранее подстроенная, преднамеренная, неслучайная.
Из беспросветной морской глубины поднялась крупная фиолетовая рыбина, которая, остановившись у самой поверхности, замерла в почти вертикальном положении, и стала задумчиво глазеть на Ольгу. Туман между ними словно рассеялся и, не смотря на то, что борт корабля был довольно высоким, девушка отчётливо разглядела рыбу, смотревшую на неё снизу-вверх, и узнала её. Они виделись во время одного из иллюзорных путешествий, когда Евгений показывал Ольге подводный «котёл» посреди затопленного леса. Это была та самая рыба-умница, с которой она познакомилась таким необычным образом. Но как она здесь оказалась? Иллюзия и реальность незаметно наслаивались друг на друга, неторопливо перемешиваясь, превращаясь в нечто среднее — совершенно непонятное. Ольга больше не могла это выносить.
— Пора возвращаться, — сама себе сказала она, отходя от поручня. — Вдруг кто-нибудь из ребят заглянет в каюту, а меня там нет. Будут бегать-искать, волноваться будут… Так нельзя. Надо вернуться.
Пошатываясь, она побрела вдоль борта — к лестнице.
— Как она тебе? — улыбаясь, спросила Лиша, глядя вслед уходящей Ольге.
— Обычная сумасшедшая, — последовал задумчивый ответ рыбы.
— Именно это мне в ней и нравится! — хихикнув, ящерка кивнула, и быстренько побежала по поручню, догоняя Ольгу. — Эй, Оля, подожди меня!
