Фантастические строения подплывали к окнам и манили остановиться и войти: знаменитые на всю Калифорнию дегустационные залы, дворцы, один пышнее другого, то белоснежные, украшенные греческими колоннадами, то веселые, со всякими завитушками, наверняка, в стиле каких-нибудь Людовиков, то прочные, как крепости, из серого камня немецкие замки, то обвитые со всех сторон плющом английские обители привидений.
- Боже мой! - опять вздохнула Дина. - Я и не предполагала, что такое возможно.
Феликс одной рукой обнял молодую жену, притянул к себе и поцеловал в левую щечку. Казалось бы, их величественный Космонавт не замедлил движения, все же малютка-Фольксваген немедленно подал голос сзади.
- Боже, - прошептала Дина. - Разве здесь могут быть у кого-то проблемы? В раю ведь должно забываться все плохое...
Феликс беззлобно, скорее автоматически выставил в окно средний палец, затем включил сигнал левого поворота и с ехидной улыбкой стал тормозить.
- Вот тебе, - все так же беззлобно сказал Феликс. - Посмотрим, что ты сейчас запоешь.
Дина поглядела в зеркало заднего вида. Все, что она могла видеть, были красные жирные щеки, а под ними - несколько трясшихся подбородков. По саркастической улыбке мужа женщина поняла: он заметил в заднем зеркале этот натюрморт еще раньше.
- Да, - удовлетворенно кивнув головой, отметил Феликс. - Свинья. И у них проблемы всегда и везде. Не в аду, так в раю.
Наконец, Уайт сделал свой левый поворот. Фольксваген устремился вперед, показывая рывком, как надоело ему ждать.
- Интересно, чем руководствуются такие типы, выбирая себе машину...
- Может, растолстел после покупки?
- Что ж, - сказал Феликс, в корне пресекая попытку очередного волнения. - Вот оно, лучшее лекарство от стресса, - он кивнул на очередное роскошное здание, перед которым они, наконец, остановились.
- Вполне по-русски, - согласилась Дина. Глядя на вывеску, она с удовольствием отчеканила вслух: - Дегустационный зал "Зеленый Змей".
- Вообще-то я упражнения имел в виду, - пояснил супруг. - Просто, для начала, чтобы доехать спокойно. - Через парочку миль пробежки ощущаешь свежесть и радость к жизни.
- Мускатное хорошо сбрасывает стресс.
Дина мечтательно улыбнулась, что ей очень шло.
- Нет, правда, каждый дегустационный зал оснащен прекрасным спортивным оборудованием, - Уайт покивал, как бы придавая больший вес своим словам. Конечно, рестораны не для "свиней" я имею в виду.
- Интересно, почему "свиньи" так не любят потеть на спортивных машинах? - Дина задала этот вопрос не из особого любопытства к толстякам, а просто, чтобы показать, что она вполне лояльна и разделяет отношение здорового населения к обжорам. В душе ее зато пребольно кольнуло.
Боже, почему! Ведь она давно похоронила все то и приказала себе забыть тот уголок души, где находится могила ужасов, ТА МОГИЛА, - и вот, пожалуйста... Через столько лет именно в медовый месяц прошлое воскресает, зачем надо было его теребить? Ведь рикошетом бьет по ее, Дининому достоинству и даже сущности...
- Почему? - муж расхохотался громко и обидно. - Я полагаю, они боятся немного похудеть, вот почему. Знаешь этот анекдот... Кабан по ошибке является в "Стройный Джо" и заказывает гамбургер... Нет, этот анекдот не для твоих розовых ушек... - Феликс чмокнул жену в щеку.
Его искусству изящно парковать машину можно было только позавидовать. Он выключил мотор, легко выскочил из золотого, с переливами, будто и не проехал только что сотню миль, Космонавта и, одним прыжком оказавшись со стороны своей прекрасной пассажирки, открыл ей дверь. Ну, а Дина уж, конечно, тоже постаралась не ударить лицом в грязь и вышла из машины столь же элегантно и непринужденно, как муж. Феликс принял ее в объятия и наконец, по-настоящему поцеловал в губы.
- Я тебя нашел, как в сказке, точнее, в мифе... Одиссей так нашел Пенелопу, - радовался Феликс. - Поехал свататься к Прекрасной Елене, а увидев, решил: пусть дружище Менелай имеет это счастье, мне же нужна мудрая и верная подруга, в горе и в радости, в кровати, конечно, тоже, но и в беседе, и в старости... Следовательно, это надолго.
Дина на подобные предсказания всегда реагировала одинаково: плевала три раза через левое плечо, чтоб не сглазить. Во всяком случае, с первой частью заявления она соглашалась без спора.
Любовь к русской женщине логически вытекала из увлечения Уайта всем русским. Началось это странное пристрастие, когда мальчику было четыре года отроду. По воскресеньям "ребёнка" водили на Рыбачью Пристань. Может, обдуваемый всеми ветрами извилистый берег когда-то действительно был пристанью для рыбаков, теперь же ни одного живого рыбака Феликс тут ни разу еще не увидел. А водились здесь, среди бесчисленных ресторанов, сувенирных магазинов, аттракционов и всяких смешных музеев неожиданностей только туристы да отпрыски обеспеченных горожан.
