— Я не хочу никуда идти, Витенька. Откуда ты свалился на мою голову? Я пришла, мне надо облегчить судьбу своего мужа. А вот теперь вдруг оказалось, его судьба и карьера меня сейчас уже мало волнует. Я почувствовала, каково быть желанной, сейчас за эти минуты. У меня там все вибрирует. Мне больно, но очень хочется еще раз ощутить эти эмоции. Возьми меня еще раз. Ведь ты же не кончил.
Она губами поползла вниз по моему животу. Сначала руками, а потом губами забрала моего дружка. Она его мяла, высасывала из него все соки. Таких испытаний лежа он не переносил. Я понимал и другое. Она должна отказаться от мысли о постоянных встречах. Иначе мне амбец. Об этих встречах будет знать весь гарнизон. Не спрашивая, она повернула меня на спину. Лида начала садиться на член сначала медленно, осторожно, но потом движения стали более уверенными. Я опять почувствовал колечко, которое впустило меня почти сразу.
Лично мне очень хорошо. Я чувствовал ее движения, ее тело. Она впускала меня все глубже и дальше. Она мяла мне соски, потом наклонялась и сосала мои губы.
Я надеялся, она уйдет, больше не вернется.
Лида опять заохала, но сознания уже не теряла. Со стонами и воплем: «хочу, хочу» она кончила еще раз. Я тоже не выдержал. Все, что у меня накопилось, я выдал ей. Она чувствовала мои спазмы. Это ее заводило еще больше.
Опустошенные, мы лежали рядом минут пять, а потом вместе пошли в душ. Лида мыла меня со всем азартом и старанием. Она делала вид, что хочет оторвать мне мое хозяйство. Но я понял, она опять хочет привести его в боевое положение. Хотя убеждала, у нее все болит, да и она вообще не знает, как завтра будет ходить.
— Можно я у тебя останусь до утра?
— А вдруг твой позвонит?
— Меня Зинка прикроет.
Я чуть не грохнулся прямо в ванной. Зинка, подруга Лиды, жена замполита нашего дивизиона майора Хонина, отношения с которым желали быть, хоть чуть-чуть, получше.
— Я, когда к тебе шла, Зине все рассказала. Она одобрила и пообещала прикрыть.
— Получается, ты теперь ей все расскажешь?
— У нас друг от друга секретов нет.
— Час от часу не легче.
Зина Хонина пышная блондинка, в которой ее муж души не чаял. Она мужем помыкала, как хотела, а в случае скандалов с его стороны, она выставляла за дверь его чемоданы: «Все! Я с тобой жить не хочу. Поеду к начальнику политотдела и покажу твое истинное лицо!». Боря Хонин вставал на колени, рыдая, просил простить его. Зина вечером разрешала вносить чемоданы, но на ночь отправляла его в штаб дивизиона, где он спал на скрипучем диване. На следующий день Зина прощала своего гадкого Борьку. Эти представления практически происходили каждый месяц. На них уже никто не реагировал. «Зина с Борей развлекаются».
Боря Хонин человек и замполит сволочной, с «приветом», но все с этим мирились. Неизвестно кого могут прислать, а этого уже все знают.
Произошел такой случай. Осенью, по окончании стрельб, дивизион загружался. Офицеры сложили свои «тревожные чемоданы» и перед погрузкой решили в обед выпить по сто грамм. Начальник разведки дивизиона взялся открыть банку консервов, но пропорол ножом большой палец. Пока искали фельдшера, разведчик взял чемодан Хонина, вытащил оттуда синие подштанники Бори и поставил кровавые пятна на всю ширинку. Свернул подштанники и положил в чемодан. По приезду мужа, Зина начала разбирать чемодан и нашла Борины подштанники, измазанные кровью. Когда вечером Хонин пришел домой, его чемодан стоял уже на лестничной клетке, а сверху лежали подштанники. Боря плакал. Все офицеры дивизиона ходили к Зине извиняться:
— Не было у нас женщин на стрельбах! Это мы решили пошутить.
— Свинья везде грязь найдет!
Мы показывали Зине порезанный палец.
— Это вы его сегодня порезали, специально для меня.
Неделю уговаривали Зину, а потом она заявила своему супругу:
— Если я захочу гульнуть на стороне, твоя задача терпеть и молчать.
Боря оказался согласен на все и его впустили в квартиру.
А вот теперь оказывается, о сегодняшнем вечере Зина будет знать со всеми подробностями. Что сегодня знают две женщины, то завтра будет знать весь гарнизон.
— Лида! Поверь, если этот вечер станет достоянием гарнизона, то у меня не будет выбора, кроме как загнать твоего супруга куда подальше.
Лида захохотала:
— А в Прикарпатском Военном Округе есть дыра хуже? Так что ты не боись. Я готова тебе памятник поставить. Этот вечер я не забуду никогда в жизни. И готова его повторить, как только ты захочешь, а я очень хочу надеяться, ты меня еще позовешь!
За эту неделю Лида приходила ко мне еще три раза. Народ молчал. Но Зина ходила мимо меня с ехидной улыбкой. Я не выдержал:
— А что тебе мешает сделать то же самое?
Я не сказал Зине, что именно, а Зина и не спросила.
За день до приезда Ирины, вечером прозвенел звонок. Я открыл дверь в твердой уверенности, это Лида. Но в дверях нарисовалась Зина Хонина. Она отодвинула меня рукой, вошла:
— Я решила принять твой вызов! Надеюсь, ты меня не прогонишь.
