Но по мне много сладкого — приторно. Как мне кажется, что я не создан для длительных отношений. Тянет меня на сторону со страшной силой. Не мое все это. Спокойная жизнь и постоянная любовница. В физике это называется «метод проб и ошибок» или «метод постепенных приближений». Хотя блядство, как по-научному не называй, оно все равно остается блядством. Успокоив себя, таким образом, я тоже заснул. Спал я, по-военному, чутко. Залпы орудий я воспринимал как должное, а вот от необычных звуков просыпался моментально. Внизу что-то потихоньку скрежетало. Кто-то пытался открыть замок. Я еще раньше по дороге от второго этажа до двери разложил колющие, режущие предметы: ножи, вилки, ножницы, топорик. Так, чтобы это находилось под рукой, но не бросалось в глаза. Возле двери за ведром стоял топор. Все окна с решетками, даже на втором этаже. Но возле двери в коридоре располагалось небольшое окошечко без решетки, в которое мог пролезть человек. Я потихоньку прошел к двери, но попытки взломать замок остановились. Оказывается, на двери стоял засов, который не дал открыть дверь. Как я понял, сейчас будут вынимать стекло с целью залезть одному и открыть дверь остальным. Я уверен, за дверью не менее трех человек. Стекло наружное и внутреннее вырезали и выдавили профессионально, затратив минут десять. И то для того, чтобы не шуметь и прислушиваться, что там делается внутри. По логике нападавших, хозяева, услышав посторонние звуки, должны включить свет, звать соседей, милицию. Одним словом, проявить себя. Тишина внутри дома их обнадеживала, что все идет по намеченному ими плану. Стекло вынуто. На подоконник легли две руки. За окном голова внимательно всматривалась в окно без стекла. Левая рука находилась ближе и лежала на подоконнике удобнее. По ней я и рубанул топором. На счастье, парня, топор остро заточен. Парень с воплем свалился снаружи, а рука на пол внутри. Я быстро схватил руку и кинул ее в ведро. Там лежала какая-то тряпка. Я замотал в нее кисть руки. Вытер топор. Засунул подальше тряпку. В это время по лестнице спускалась Ксения.
— Витя, что случилось? Что это за крик?
— Да я сам только что спустился. Кто-то пытался влезть в окно, но в темноте стеклом порезал руку. Поэтому заорал и убежал. Думаю, что больше сегодня не полезут. Утром надо вызвать плотников. Поставить решетку. Застеклить, а на дверь еще один засов. Хорошо бы возле дома поставить будку и достать хорошую овчарку.
— Я завтра скажу своим. Они все сделают. Мне давно предлагали овчарку, но кто ей будет заниматься?
— Тогда завтра заключай договор и ставь дом под охрану.
— Это выход. Утром позвоню. Пусть ставят. В милицию будем звонить?
— Да не стоит. Милиция ничего конкретного не сделает, а спать не дадут.
Я, с помощью Ксении, подвинул к окну большой шкаф, и мы отправились спать. Утром я отвез Ксению на работу, а кисть руки повез к Машкевичу. В обморок он не упал. Посмотрел наколки, но это ему ничего не дало. Я ему рассказал про ночной визит в дом начальника областного управления торговли.
— Я ее немного знаю. Встречались до моего выхода из строя. Серьезная женщина. Ребята решили крупно поживиться. Наткнуться на контуженного в их планы не входило. Ни один добропорядочный гражданин по двадцать минут молча с топором в руке, воров не ждал. А если бы он головой полез?
— Да, я в жизни никогда. Я бы тогда ногу ждал.
— Этот ответ я и предполагал. Что ты хочешь от меня?
— Кто за этим парнем стоит. И чтобы мы с его головой встретились, если не боишься.
— Привлекать кого-то можно?
— На твое усмотрение, но неофициально.
— Обижаешь, начальник.
В квартире у Машкевича чисто.
— Спускайся в пять часов, я подъеду. Тогда все и расскажешь.
После моего массажа, когда я подъехал, у дома Ксении хлопотали рабочие. Бригадир подошел ко мне:
— Мы, извините, Ксении Андреевне ничего не сказали. В доме же Вы находились?
Я кивнул.
— Вы в милицию заявляли, что была попытка ограбления? На подоконник хотите посмотреть?
— Да я его вчера видел. На нем кто-то что-то рубил. Там следы от топора. Мне кажется, подоконник нужно заменить.
— Там руку отрубили. Следы крови на стене, на траве.
— Так пусть, пострадавший в милицию обращается. Могу с ним устроить соревнование — кто кого быстрей порвет. Найду — удавлю без милиции. Если можете передать, то передайте. Хотят, пусть подъедут — побазарим. Не я к ним лез, они к нам.
— Правильно Василий Петрович сказал, что Вы контуженный.
— Василий Петрович — это кто?
— Дядя Федор.
— Опа, а я думал, что его так зовут, а он, оказывается, Василий Петрович.
— Дядя Федор — очень уважаемый в области человек. Я уже дал команду, подоконник сейчас снимут и поставят новый. Со старым что делать?
— Лучше сожгите. Кстати, можете сделать, чтобы к Ксении Андреевне никто не лез. Или дядю Федора попросить?
— Я передам Вашу просьбу. Сейчас мы все следы уберем.
— Успехов.
Ксения сидела дома и потихоньку всхлипывала.
