В писке я узнала сигнал медицинского оборудования, отслеживающего состояние пациента, да и запах вокруг более, чем знакомый. Значит я в больнице, а моё состояние это обычный наркоз. И мне нужно только небольшое усилие, чтобы открыть глаза. Боли не чувствую, значит всё ещё на обезболивающих. Наверное, поэтому и ощущение, что плыву.
Стук в дверь и уверенные шаги.
— Ну, как сегодня дела? Не просыпалась ещё? — незнакомый мужской бас. — Тайгир, в жизни бы не подумал, что из тебя такая ответственная нянечка-санитарка получится. В тебе прям талант проснулся.
— А в тебе я смотрю, всё шутник никак не уймётся? — голос уставший, но без злости.
— Ты когда, наконец, ляжешь и нормально поспишь? Четвёртые сутки спишь сидя! Понимаю в первые дни, но сейчас-то чего? Кризис миновал, из медикаментозного сна девушка будет сейчас выходить, дозу обезболивающего существенно сократили, заживление тканей идёт по норме, пересаженный участок тоже ведёт себя хорошо. — А это, кажется мой лечащий врач, только я не помню в центре никого с таким голосом. — Ну ничего страшного не произойдёт, если ты нормально ляжешь на диван, который заметь, стоит в этой же палате, и выспишься. Ты же у нас как местный Хатико, сидишь в одной позе и хозяйку ждёшь. Силы не закончатся?
— Тебе о моём состоянии и силах переживать не стоит. Я знаю, что делаю. И знаю, как и что будет лучше. — Ну, то, что Тайгир бывает упёртым, всем баранам на зависть, для меня вообще не секрет.
— Ладно, бог с тобой! Смотри, девочка сейчас начнёт приходить в себя. Ненадолго. И опять уходить в сон. Это нормально. Сон для неё сейчас вообще идеальное состояние. Обрати внимание, сильных болевых ощущений у неё быть не должно. Если вдруг она почувствует боли, сразу зови. Она сама врач, так что думаю, сможет понять, где норма, а где уже нет. — Небольшая пауза, словно мужчина резко почувствовал себя не в своей тарелке. — Тут такое дело… Короче, я заставил пройти обследование тех девушек, что с тобой сюда прилетели и Карима.
— Да, это правильно. — Соглашается Тайгир. — Я об этом не подумал. Им нужна помощь?
— Ну, как тебе сказать. Самая младшая, Фируза, действительно в помощи не нуждается. Ещё одна девушка, Лейла, беременна. Ты бы поговорил с ней, она сильно нервничает, а ей сам понимаешь, ни к чему это дело. А вот Карим и его мама… — голос врача заметно помрачнел. — У парня сломана и неправильно срослась ключица. У женщины не раз была выбита челюсть, порвана мочка уха, выбито колено.
— Кадер Шаркизов был торчком, и руки, похоже, распускал регулярно. А жена, судя по всему, боялась и молчала. — Предположил Тайгир. — Жаль второй раз этот ублюдок сдохнуть уже не сможет.
— Парень молчит, боится лишним словом мать подставить. А та, только голову опускает, и твердит, что ты теперь старший, тебе семью и все дела Рахман передал. Ты мол, хозяин. И решать ты должен. — Отвечает ему врач.
— А что я могу решить? С сестрой Оксаны поговорю, чего она там боится. А с Каримом и его матерью, всё, что необходимо для здоровья, надо делать. Ты мне объясни, что там предстоит, а я поговорю. Надо исправлять, пока есть возможность. За деньги не переживай, сколько надо, столько и оплачу. — Предлагает решение Тайгир.
Что они ещё там обсуждали, я уже не запомнила, потому что уснула. А проснулась от ощущения влаги на теле и прохлады. Кто-то обтирал моё тело. Осторожно, аккуратно.
Так вот почему я не чувствую неприятных запахов, которые в принципе должны были быть. Особенно учитывая, где и как я провела последние часы. Да и вспотеть за четыре дня я должна была. Потом мне, не менее аккуратно, но, тем не менее, ощутимо, начали разминать ноги, руки, плечи и шею. А потом кто-то наглый и заботливый куснул меня за кончик уха.
— Открывай глазки, тебя дыхание выдаёт. — Тихий шёпот, от которого у меня дрожь по телу. — Давай, попьёшь немного.
Глаза с трудом привыкали даже к мягкому вечернему освещению. Тайгир помог мне напиться. Чуть кисловатая вода показалась необыкновенно вкусной. Я хотела спросить, что-то нейтральное, но смогла только позвать его по имени.
— Тайгир… — я ведь ушла от него, разозлилась и ушла.
А он спас. Мне не было смысла врать самой себе, только его имя прекратило мою порку. Иначе бы этот выродок запорол бы меня у того столба. Это Тайгир выцарапал меня из того подвала, он же умудрился доставить меня сюда, где мне оказали помощь. Включая даже пересадку кожи, насколько я поняла из услышанного.
— Ты чего? Почему глаза на мокром месте? — он ещё и улыбается. — Всё прошло, всё будет хорошо.
— Я ушла…
— Потому что ты решила, что это по моему приказу, бойцы отговаривают больных у тебя оперироваться. — Перебил меня он, а я только кивнула, когда лежишь на животе, это оказывается очень неудобно. — Ксан, я похож на человека, который считает, что женщина должна заниматься исключительно домом и мужем?
У меня словно что-то щёлкнуло в мозгу после этих его слов.
— Амиран! Я его прибью! — в запале высказалась я, и тут же меня накрыло незнакомым раньше страхом и пониманием, что ничего я не смогу сделать сильному и здоровому мужику.
