- Что это? - спросил я, прибыв рано утром следующего дня к Лебедевой, с которой мы должны были ехать, чтобы нам озвучили, мать ли она девочек, или нет.
В прихожей стояли два чемодана внушительных размеров, при виде которых внутри меня зародилось весьма дерьмовое предчувствие.
- Это наши с Марусей вещи. Я все решила, - сказала Ева и, присев на край обувницы, посадила на колени дочь, которую начала одевать.
На лице Лебедевой при этом было написано настолько решительное выражение, что оно буквально кричало: «И попробуй хоть слово скажи против».
А я не собирался говорить. Лишь устало вздохнул и сказал:
- У нас же был план пока оставить Машу с Юрой, быстро смотаться все разузнать и вернуться.
- Юрик заночевал у своей новой девушки. Я сказала ему не приезжать утром. Собрала вещи и приняла решение.
Поставив сонную Марусю на пол, Лебедева принялась одеваться сама. Я терпеливо ждал, что же она мне скажет.
- Если окажется, что биологически девочки мои, - продолжила, наконец, Ева, нацепив куртку, - мы вернемся и я сделаю все, чтобы отвоевать на них законное право. Если же нет, - она развела руками, а я вновь посмотрел на чемоданы.
О степени уверенности Лебедевой в своем родительстве относительно Машки и Лены собранные вещи говорили красноречивее всяких слов. Ева попросту и мысли не допускала, что дети от нее.
- Ладно, понял, - вздохнул я и взялся за ручки чемоданов.
Говорить что-либо по этому поводу не стал. Смысла переубеждать Лебедеву не видел, и хоть на душе скребли кошки от того, что Августа переигрывала нас по всем фронтам, а мы только и делали, что отступали, пока я ничего не мог с этим поделать.
- Егор… Мы никуда не пропадем, - сказала Ева, когда мы покинули квартиру.
Она уже усадила Марусю в машину и теперь стояла рядом, пока я грузил чемоданы в багажник.
- Но пойми, я больше не могу жить в страхе. Я шарахаюсь от каждого громкого звука… От каждого шага на лестничной клетке.
Я захлопнул крышку багажника и через силу растянул губы в улыбке. Смотрел на Еву - на то, какая она испуганная, растерянная, хрупкая, а у самого руки сжимались в кулаки от агрессии на женушку.
- Я все понимаю, Крош. И поехали уже все выясним.
А через пару часов нас ждали известия - биологической матерью девочек Ева Лебедева не была.
Черт бы все подрал!
- Не понимаю, как это возможно, - сказал Еве, когда она обессилено упала на диван довольно просторной гостиной в доме, снятом для нее и Маруси через третьи руки.
Даже в том, как арендовать жилище, Лебедевой пришлось проявить чудеса конспирации.
- А я ничему не удивлена, - устало отозвалась она.
Машка как раз спала в одной из комнат, которая просматривалась с того места, где мы расположились.
- Твоя жена - настоящий монстр. Мы вряд ли узнаем, что там творилось в клинике, когда я обследовалась. И когда нам с Августой делали эко.
Я притянул Лебедеву к себе, она, слава всем святым, не сопротивлялась. Прижалась ко мне, позволила моей ладони лечь на ее плоский живот.
- Кстати, а что с наблюдением у врача? Тебе же нужно отыскать какую-то клинику, - обеспокоился я, на что Лебедева тихо простонала.
- Две недели, Андреев… Дай мне две недели спокойствия, которые я просто проведу с дочерью. Поселок охраняется, доставка продуктов имеется. Мы будем много гулять, спать, читать детские книжки и ни о чем не думать.
Она подняла голову и посмотрела на меня долгим взглядом. Я в очередной раз поклялся себе сделать все от меня зависящее, чтобы покой этой женщины не был нарушен.
- А я пока займусь вплотную разводом с исчадием ада, - мрачно проговорил я, и Ева тихо вздохнула.
После чего засопела, сладко засыпая, а я сидел рядом и желал лишь того, чтобы Лена была рядом, а Августу с Сивацким разметало на части. А лучше - на атомы.
«Милый, если хочешь получить еще одно видео с участием Леночки, у меня к тебе дело на миллион долларов, - пришло очередное сообщение от Августы, когда я направлялся к юристу.
Нам нужно было обсудить множество вещей. Результаты анализов, наш с женушкой развод, видео, которое мне прислала Августа.
Я хотел понимать - каковы мои шансы на то, чтобы отсудить Лену и лишить ее мать родительских прав. Особенно учитывая, что биологическим отцом для моей малой я не являлся.
«О, у нас новый вид игрищ?», - ответил Августе, решив пока не посылать бывшую в пешее эротическое путешествие.
Мало ли что можно было извлечь из нашего «милого» общения.
«Называй как хочешь. В общем, предлагаю встретиться и обсудить кое-что. Тебе это точно будет если не интересно, то полезно знать».
Я взглянул на часы. На то, чтобы добраться до города и провести встречу с юристом, у меня было заложено в тайминге полдня.
«Часа через три смогу. Сейчас много дел», - напечатал в ответ.
«Вот, значит, как тебе важна дочь, Андреев… Ладно, я скину адрес, где буду тебя ждать».
Я переплевался, прочитав это сообщение, но все же нашел в себе силы написать спокойно:
«До встречи».
И, с силой нажав на газ, помчался в сторону родного города.
