– Что сейчас говорить, понятно, что стоицизм Марка – философия в первую очередь римских сенатских кругов, но никак не простого народа. Цель его философии – переносить спокойно все несчастья, научить людей жить для общества, укрепить их в добродетели, помочь выбрать твердый жизненный путь. Но разве сейчас стоицизм не пришел в упадок? Разве последний его преданный приверженец, наш божественный Марк Аврелий, в своем трактате, скажем честно, до крайности пессимистичном, не сделал упор на невозможность что-либо исправить в этом порочном, исполненном зла мире? Слава Богам нашим, что он не успел разувериться в их могуществе. Однако так и не уверовал ни в бессмертие души, ни в правоту божественных законов. Вспомнил ли он о Христе и его последователях? Да, вспомнил однажды, когда говорил о душе. Марк говорил, что душа человека должна быть готова отрешиться от тела без оттенка воинственности, свойственной христианам, строго без театральности. Заметь, он подчеркнул воинственность и театральность поведения христиан. Его отрицательное отношение к христианам определяется не религиозными соображениями, а чисто философскими побуждениями. В годы царствования Марка действительно были гонения на христиан, но только однажды и только в Лугдуне, куда мы с тобой скоро приедем. Гонения были связаны не с его политикой, а с ненавистью народа к христианам, которых они считали виновниками эпидемии. Не хочу хулить Богов, но, наверное, стоит вспомнить с благодарностью Овидия Кассия, тогда поднявшего восстание на юге Империи против Марка. Это заставило императора оторвать свой взор на время от маркоманов и сарматов на севере и побывать наконец у нас в Сирии, и даже дойти до Александрии. Ты, сестра, была почти взрослой девушкой, когда видела Марка, проходившего с легионами через наш город. Его знакомство с Лукианом, проживавшим тогда в Александрии, а также с Цельсом, были, скорее всего, не случайными. Позже Цельс написал свой трактат «Правдивое слово», благодаря которому и мы с тобой тоже смогли разобраться, что, собственно, из себя представляет пророк Иисус Христос. Даже Дион Кассий, этот историк-всезнайка, отвечая мне однажды на мой запрос, отписал, что христианство с его точки зрения – это всего лишь разновидность иудейских обычаев. Я ценю слово Диона Кассия Коккейана как слово мудрейшего из историков Рима, но и Цельса, и Лукиана ценю тоже высоко. Что Цельс, что Марк Аврелий – не враги христиан. Их религия вызывала у Цельса и у Марка лишь жалость, а не гнев. Они гуманные просветители и верили в силу убеждения и логику. Теперь ты, как я понимаю, готова предложить мне Иисуса на роль главного героя будущей книги как великого чародея!
Юлия Меза подтверждающее кивнула, не проронив, однако ни слова, как того требовала благородная скромность. Она любила слушать сестру, когда неподдельная любовь к софистике окрыляла эту матрону, известную в народе как матерь лагерей, сената и Отчизны, а теперь еще получившую и титул «Феликс».
– Допустим, – опустив веки, согласилась с сестрой Домна, – но тогда хочу задать вопрос: был ли Иисус на самом деле? Существуют ли материальные свидетельства его жизни? Минуло ровно два столетия с даты его вероятного рождения. Мы с тобой изучили работу Цельса и теперь знаем, что никаких свидетельств, подтверждающих присутствие Иисуса на Земле, Цельс не обнаружил. Не потому ли друг Цельса Лукиан так едко и зло высмеивал христиан. Вспомни шедевр его красноречия – рассказ «Лжепророк». Его до сих пор читают не только в библиотеках Александрии, но и в самом Риме. Читают, да подсмеиваются. Обращаю твое внимание, сестра, что там Лукиан вспоминает и об Апполонии из Таины! Его сарказм по поводу Апполония сейчас мы опустим. Меня интересует сухой факт упоминания прославленным писателем имени Аполлония из Таины как доказательство существования его на Земле.
Юлия Меза не удержалась и, поднявшись со своего табурета, подошла к сидевшей сестре так близко, что почти касалась ее колен, и заговорила тихим голосом:
– Как ты можешь утверждать, что Цельс не нашел никаких свидетельств, если он писал, что Иисус родился в иудейской деревне у девы, зачавшей его не от Иосифа, с кем состояла в законном браке, а нагуляла в блуде с греческим легионером по имени Пантера и, уличенная мужем-плотником в прелюбодеянии, была изгнана из дома! Цельс утверждает, что Иисус, в юности нанявшийся поденщиком скота в Египте, искусил способностей, которыми там славится народ. Наделенный искусством магии и чудотворства, Иисус вернулся на родину и объявил себя Богом.
Юлия Домна властным движением руки повелела сестре замолчать.
