– Так кто же он, дорогая, чародей, волшебник или все же Бог? – в её глазах застыл вопрос. – Иисус творил с помощью божественной силы или магии? Если Иисус был так всемогущ и являлся сыном Бога, то в нашем с тобой понимании формальной логики Аристотеля мать Иисуса должна была быть небесной красоты, иначе непонятно, почему именно с ней соединился Бог. Также логика нам с тобой подсказывает, что если Иисус является Богом, а, впрочем, пусть остается просто магом или чудотворцем, то почему допустил он, чтобы его мать не имела достатка и влачила жалкое существование? Цельс был серьезным философом, и Марк Аврелий, поручая ему написать правдивую историю о великом маге Иисусе, надеялся, что она ответит на многие вопросы. Цельс сам прошел по Палестине от Галилеи через Самарию до Иудеи в поисках доказательств жития пророка и его матери Марии. И Иерусалим, чье имя сейчас забыто стараниями божественного Адриана, усмирившего безумства иудеев, ни в чем не напоминает то, что возможно видел Иисус. Город претерпел значительные изменения, сменив название на колонию Элия Капитолина. Новые прямые светлые улицы со своим кардо и декуманусом[21] и Храм Юпитера, что высится на развалинах иудейской святыни, совсем не напоминают о годах величия иудейских царей. Телесный образ Иисуса Цельса описывал мало не потому, что не хотел, а оттого, что не о чем было вещать. По слухам Иисус не был велик ростом, был слаб физически и далеко не красавец. Почти все, что удалось написать Цельсу, было создано на основе слухов и догадок, изложенных в древних книгах, хранящихся в Александрии. У меня до сих пор не укладывается в голове, как Иисус мог допустить, чтобы в него – Бога, мага или чародея – плевали люди, и над ним издевался Понтий Пилат и первосвященники. Я думаю, в его силах было поступить так же, как поступил чудотворец Апполоний Таинский во время неправедного суда у жестокого императора Домициана. Как следует из фактов, изложенных в бумагах у Дамида, он просто исчез из дворца, испарился, и появился уже далеко от Рима в безопасном местечке под названием Дикеархия. Почему Иисус после воскресения, если таковое вообразимо, не появился на глаза Понтию Пилату или первосвященникам? Разве все это не напоминает тебе, дорогая моя сестричка, насмешки Лукиана из Самосаты! Всю свою книгу Цельс писал, черпая сведения из разрозненных и противоречащих друг другу рассказов, взятых из Евангелий, ходящих по рукам в Египте у коптов и у иудеев, что остались еще в Палестине.
Юлия Меза положила руки на плечи сестры, и когда императрица замолчала и подняла на нее глаза, произнесла:
– Не все он почерпнул из Евангелий. Например, того, что Иисус родился от грека Пантеры, как утверждал Цельс, там нет.
Юлия Домна в отличие от старшей сестры была абсолютно спокойной, и ее голос не дрожал от волнения.
– Ты об этом мне, помнится, уже говорила, – она ласково улыбнулась. – Значит, о Пантере он узнал из других старых иудейских манускриптов, коими полны александрийские полузабытые хранилища, и согласись, источник ровным счетом ничего не меняет.
Домна помедлила и, глядя на сестру, добавила:
– Видишь, дорогая, сколько у нас вопросов, оставленных без ответа историей, а ты призываешь меня взяться за новую книгу об Иисусе. Главное для нас заключается совсем в другом. Полагаю, что почитание древних Богов – это не столько вопрос веры, сколько уже вопрос традиций, поскольку наши древние культы олицетворяют собою единство гражданского сознания римского народа. Но христиане не желают почитать наших Богов и следовать культам божественных императоров. Они оскверняют святые места, нарушая наши законы, и театрально идут на смерть по обвинению в нарушении закона «О святотатствах», а их священники причисляют их к лику святых и объявляют их мучениками, тем самым поощряя других на подобные поступки. Значит, христианство вместе с Иисусом ведет к подрыву единства нашего общества. Если даже этого единства у нас нет до сих пор в той мере, в какой бы хотелось, то людям нужна хотя бы видимость этого единства, чтобы в границах огромной империи не чувствовать себя изолированным. Наши древние культы связывают ныне живущих с прошлым поколением, с жизнью предков. Цельс считает обязательным условием нормального существования общества включенность человека в общественную жизнь ради пользы законов и благочестия. Последователи Иисуса Христа, как правило, люди необразованные, а Цельс, как и его патрон Марк Аврелий, презирали именно необразованность. Мне же нужна книга, которую будут читать люди образованные, которые на любое заявление писателя будут задавать вопросы «как и почему», поэтому герой будущей книги должен быть реальным гражданином нашего государства, а не небожителем.
