– У вас подозреваемый под стражей, – ответил Винсент. – Но вариант преступной группировки все еще не исключен. Четыре убийства – для этого нужны приличные ресурсы. Раньше я избегал слова «секта», но теперь все больше утверждаюсь в мнении, что это определение будет наиболее подходящим. Возможно, Мауро – их лидер. Возможно, нет. Мне известен только один человек, имеющий более-менее полное представление о сектантских объединениях Швеции. Думаю, после разговора с ней мы сможем решить, следует ли отвергнуть теорию организованной экстремистской группы, как того хочет начальник полиции.
– Но мы держим Мауро под стражей с понедельника. Сегодня пятница. Нам лучше сосредоточиться на нем, пока он у нас есть.
– На твоем месте я рассуждал бы иначе. Если за всеми убийствами стоит Мауро, он у вас уже есть. И в этом случае в нашем распоряжении все время вселенной. Но если это не Мауро, то часики все еще тикают. И где-то есть ребенок, которому грозит опасность. Мы просто не имеем права ничего оставлять на волю случая. И то, что мы здесь узнаем, может оказаться невероятно важным.
Мина посмотрела на Винсента.
– Если б на твоем месте был кто-то другой… – начала она. – Но ладно. Будем считать, что ты прав.
Они поднялись по лестнице на третий этаж. Лифт выглядел так, будто в нем с трудом мог уместиться один взрослый человек. По счастью, при этом он был настолько грязным, что Мина сразу отвергла этот вариант.
– Верь мне, – сказал Винсент, нажимая на звонок двери, за которой жила Юнг. – С меня обед.
Рыжеволосая женщина лет тридцати с небольшим быстро открыла дверь.
– Спасибо, что все-таки заглянули ко мне, – сказала она извиняющимся тоном и отошла в сторону, пропуская гостей в квартиру. – Б
Винсент заметил, как обеспокоенно Мина озиралась по сторонам. По-видимому, дома, отвечающего ее запросам, просто не существовало. Кроме того, как он подозревал, его «доверься мне» не до конца убедило ее в том, что этот визит не более чем бесполезная трата времени.
К счастью, с квартирой Беаты Юнг все оказалось в порядке. Винсент услышал, как Мина вздохнула с облегчением и кивнула, подтверждая его предположение.
– Прошу в кабинет.
Беата повела их в большую светлую комнату, уставленную шкафами, где за стеклянными дверцами аккуратными рядами выстроились книги и папки.
– Насколько я поняла Винсента, вы ведущий специалист в Швеции в том, что касается сект и тому подобных организаций. – Мина устроилась в кресле в сине-белую полоску, предварительно осмотрев обивку на предмет пятен.
– Уф-ф… Звучит слишком напыщенно, – рассмеялась Беата и села за большой красивый стол из темного дерева.
Винсент остался стоять посреди комнаты, рассеянно озираясь.
– К сожалению, могу предложить вам только это, – Беата кивнула на серое кресло-сакко.
Мина подавила смешок, когда Винсент опустился в него, пытаясь поудобней устроиться. Как всегда, он стремился выглядеть авторитетным, что не слишком получалось в таком положении. Не помог даже серый льняной костюм того же оттенка, что и кресло. Винсент полагал, что со стороны похож на парящую над серой массой голову. Единственным, что выделялось, были его ярко-бирюзовые носки с кондитерским рисунком.
– Я читал ваши статьи, – сказал он, напрасно стараясь хотя бы голосом не выдавать смущения. – Впечатлен глубиной и охватом материала. У вас ведь, помимо журналистского образования, есть и психологическое?
– Да, я долго разрывалась между двумя кафедрами, – рассмеялась Беата. – Сначала думала, что хочу стать психологом, но ближе к выпуску поняла, что журналистика мне ближе. Пригодилось и то, и другое, так что жаловаться не на что.
– Погодите, так это вы написали о Ярвсё? – Мина кивнула на книгу на столе.
Винсент не читал этой книги, но несколько лет назад о ней много говорили. По-видимому, это было наиболее полное и точное описание того, что произошло в Ярвсё в ту роковую январскую ночь, когда, как кульминационный момент в жизни небольшой сектантской общины, были уничтожены две семьи. По книге как будто даже был снят телесериал, чем Винсент не мог не впечатлиться.
– Все верно, – согласилась Беата, выжидающе глядя на гостей. – Ну так что вы хотели от меня услышать?
– На самом деле мы сами толком не знаем, – ответил Винсент, извиваясь ужом в подростковом кресле-мешке, которое так и скрипело под его тяжестью. – Мы плохо представляем себе, что именно ищем. Некое объединение людей, действующих в настоящий момент непонятным для нас образом. Поэтому мы и решили для начала разобраться с сектантскими организациями в Швеции. Что они собой представляют и какие из них могут считаться потенциально опасными?
– Думаю, я вас поняла, при всей неопределенности ваших намерений. Но, видите ли, это неисчерпаемая тема. Я могу лишь приоткрыть ее для вас, обозначить основные проблемы… Постараюсь быть вам полезной. Моему сыну пять лет, так что я как никто заинтересована в результативности вашей работы.
Беата кивнула на фотографию на стене – милый рыжеволосый мальчик с широкой улыбкой и без одного переднего зуба.
