– В конце шестнадцатого века в озере скопилось так много мусора, что его стали называть болотом. Можно себе представить, какой стоял запах! – продолжала Нова. – Тем не менее оно было осушено лишь к середине восемнадцатого века. Но вода была там с незапамятных времен. От силы двести лет как эта территория стала парком. Там, где нашли тело… Почему вы улыбаетесь?
Винсент рассмеялся. Он не осознавал, что улыбался все время, пока она рассказывала. Нова подхватила, сверкнув белозубой улыбкой. Теперь Винсент не был так уверен, что прав он, а не она. Но если ее теория верна, в отличие от его предпосылок, он понятия не имеет, что будет дальше. И до сих пор только отдалялся от убийцы.
Нова встала и положила руку ему на плечо.
– Между нами больше сходства, чем может показаться на первый взгляд, – сказала она. – Просто я немного предприимчивее. Приходите, мы ждем. Теперь у вас есть адрес.
Педер рассчитал так, чтобы застать там одного Германа. В пятницу магазин открывался только около полудня, но хозяин приезжал утром, чтобы провести инвентаризацию полученного на неделе товара. Учитывая то, что он сказал по телефону, с этим вопросом лучше было разобраться до того, как нахлынут покупатели.
Педер склонился над стеклянной витриной, разглядывая предметы, разложенные на темно-синем бархате.
– Спасибо за звонок, – сказал он.
– Всегда пожалуйста, – отозвался Герман. – Я узнал эти часы сразу, как только услышал описание. Жаль только, что это не произошло раньше. Но я стерег их как зеницу ока, до самого вашего появления.
И он удовлетворенно похлопал себя по животу.
Педер не первый раз встречался с антикваром Германом, который действительно всегда был рад помочь полиции.
– И на них дарственная надпись, вы говорите?
Герман криво улыбнулся и повернул часы обратной стороной.
– «Аллану Вальтерссону в день его шестидесятилетия», – прочитал Педер.
Аллан Вальтерссон был дедушкой Оссиана и отцом Фредрика.
Герман с трудом умещался за прилавком из-за огромного живота, который с каждым годом становился все больше. Коллеги шутили, что скоро увидят его из полицейского здания на Кунгсхольмене.
– И это все, что поступило? – спросил Педер. – Что-нибудь удалось продать?
Помимо часов, было золотое кольцо, брошь с жемчугом и цепочка «бисмарк» в футляре.
– Нет, всё здесь, – отвечал Герман. – Я не торгую краденым. Поэтому и позвонил вам, как только понял, в чем дело. Видите ли, мой папа был полицейским. Так что я воспитан в уважении к закону.
– Похвально. – Педер похлопал антиквара по плечу. – Ну а теперь вопрос на десять тысяч крон: кто он?
– Наш старый знакомый, – рассмеялся Герман. – Это насторожило меня сразу.
Он замолчал. Педер хорошо знал эту уловку антиквара – выжать из ситуации максимум удовольствия. Приходилось подыгрывать. Педер оглядел небольшой магазин. Здесь было все – от запчастей старого лампового телевизора до ювелирных украшений, пыльных альбомов с марками и снаряжения для подводного плавания. Даже чучело какого-то животного, похожего на барсука.
– Разве вы не хотите знать, кто он? – Герман лукаво подмигнул.
– Еще как хочу, – улыбнулся Педер.
– Тогда вам придется отгадать мою загадку.
Педер вздохнул:
– А если без загадок, Герман? Что за игривое настроение у вас сегодня?
Антиквар хихикнул.
– Какая личность нынче особенно популярна?
– Хм… – задумался Педер. – Это для меня слишком сложно.
Он почесал голову и вздохнул. Иногда Педеру удавалось справиться с загадками Германа, но, похоже, не на этот раз.
– Нет, Герман. Сдаюсь.
Герман выдержал театральную паузу и торжествующе объявил:
– На-личность!
После чего взвыл и расхохотался.
Педер улыбнулся и покачал головой:
– Не понимаю, откуда вы их берете… Сжальтесь все-таки над тугодумом в форме. Кто принес вам эти часы? Старая гвардия, похоже?
Герман кивнул:
– Ага. Наш завсегдатай. Рифмуется с «латте». – И опять захихикал.
Педер нахмурился. Надо же, «латте»… И тут его осенило:
– Матте! Матте Скуглунд!
– Именно. – Герман похлопал себя по животу и кивнул на разложенные на бархате предметы. – Но это очень дорогие вещи. К сожалению, ни малейшего шанса, что они…
– Извините, Герман, но мне придется забрать все это с собой. Вы же знаете наши правила. И придумайте для следующего раза загадку попроще.
– Только после того, как вы побреетесь! – крикнул Герман Педеру, который уже подошел к двери. – Хороших выходных!
Педер достал телефон, как только вышел.
– Привет, Адам, это Педер. Насчет ограбления на Бельмансгатан. Думаю, все теории заговора можно оставить. Это Матте Скуглунд… Да, точно… Скажу ребятам, чтобы установили за ним наблюдение. Но то, что было украдено, при мне.
Он завершил разговор и рассмеялся про себя. Наличность – надо же… Забавно, хотя и чертовски тупо.
– Хорошая работа, – сухо похвалила Мильда.
На этот раз это была Шарлотта Перелли, «Тысяча и одна ночь». Мильда подпевала, как видно, сама того не осознавая. Локи, как всегда, двигался безмолвной тенью на заднем плане.
– Это все Винсент. – Мина смущенно опустила глаза.
