Она ставит вторую бутылку рядом с первой. Неотличимые одна от другой, обе наполнены жидкостью цвета некрепкого чая. Но содержимое одной из них – смертельный яд, а другой – приятный на вкус фруктовый напиток.
Нова заглядывает в глаза менталисту.
– Если вы выпьете яд, я заберу Натали и буду считать себя победителем, – произносит менталист. – Последним, что вы сделаете в жизни, будет приказ охранникам не трогать нас. И вы наконец избавитесь от хронической боли. Если же умру я, а вы выиграете, то вы получите Натали и сможете осуществить свой план. Насколько мне известно, вы должны сделать еще четыре хода. Убить четверых детей. Так что в любом случае вы остаетесь в выигрыше.
Глаза Натали широко раскрываются.
– Какие дети? – спрашивает она Нову с отчаянием в голосе. – Что он такое говорит?
Нова, избегая встречаться с ней взглядом, продолжает смотреть на Винсента. Если глаза Густава блестели, то Новы – пылают, как извергающийся вулкан.
– Я не понимаю… – Теперь за словами Натали слышится панический ужас. – Что за игра? Вы собираетесь играть мной, как шахматной фигурой? Нова, скажите что-нибудь. Объясните ему, что он все понял неправильно. Вы ведь не желаете мне зла?
Нова не отвечает.
– Думаю, если б не я, ты сыграла бы сама с собой, – сказал за нее Винсент. – И не с двумя бутылками, а с одной… Она собиралась отравить тебя, Натали. Ни при каких обстоятельствах Нова не собиралась передавать тебя полиции. Только убить, а самой исчезнуть. То, что предлагаю я, дает тебе по крайней мере пятидесятипроцентный шанс выжить.
Все это время он не отрываясь смотрит на Нову, боясь, что один брошенный в сторону Натали взгляд лишит его возможности совершить задуманное. Винсент не заметил вовремя предупреждающие знаки, это его вина. Теперь он должен сделать это ради Натали, которая так напоминает Мину.
– Мне жаль, Натали, – продолжает он. – Пятьдесят на пятьдесят – это все, что я могу предложить.
Он откручивает пробку бутылки с ядом и переливает содержимое в стакан, стукнув горлышком о край, чтобы ни единой капли не попало на наружную сторону бутылки. После чего закручивает пробку и ставит бутылку на стол. Нова внимательно следит за каждым его движением. Винсент наполняет второй стакан грушевым соком.
– Уверены, что взяли ту бутылку? – улыбается Нова.
– Очень на это надеюсь, – улыбается в ответ Винсент. – Было бы глупо налить яд в оба стакана.
Улыбка слетает с лица Новы.
– Натали, – говорит Винсент, – сейчас мы с Новой отвернемся и сосчитаем до десяти. За это время ты несколько раз поменяешь стаканы местами, так, чтобы мы не знали, где какой.
– Я не хочу, – шепчет Натали.
– Я тоже, – отвечает Винсент, – но иначе, к сожалению, не получится. Итак, один…
Он жестом велит Нове отвернуться и сам делает то же самое. Считает до десяти, слыша, как Натали двигает по столу стаканы.
– …десять.
Винсент поворачивается одновременно с Новой. Стаканы стоят, как и до того, совершенно неотличимые друг от друга.
– Выпьем одновременно, – говорит Винсент и берет свой.
Нова выпивает жидкость с грушевым привкусом – сок или яд, с равным успехом.
Она чувствует, как жидкость наполняет желудок. Прислушивается к себе, ища признаки тошноты, жжения или спазм. Ничего такого. Время остановилось.
Нова нюхает стакан – ничего, кроме груши.
Внимательно вглядывается в лицо Винсента.
Он замер на месте, подняв руку. Его зрачки медленно расширяются. Рука, опустившись, с грохотом ударяется о стол. Пустой стакан падает из рук и катится по столу, оставляя бурый след.
Винсент все еще смотрит на нее, но его взгляд утратил фокус. Он как будто видит что-то за пределами этой комнаты. Потом клонится на сторону верхней частью корпуса, пока не падает со стула на пол. Голова с грохотом ударяется о плитку пола.
Нова ждет еще несколько секунд. Натали на кровати сжалась в комок. Она спрятала голову между колен и раскачивается взад-вперед. Что ж, может, это к лучшему… Ей незачем смотреть.
Нова не ожидала, что это будет так легко. Гордость неизбежно ведет к падению. А Винсент был очень высокомерным.
Она встает и подходит к нему. Глаза менталиста полузакрыты, грудь поднимается и опускается в коротких, поверхностных вдохах. Это продолжается несколько секунд. Потом заканчивается.
Нова приседает рядом с ним и берет за руку. Пульс не прощупывается.
– Шах и мат, – говорит она, вставая. Отряхивает брюки, берет сумку и поворачивается к Натали. – Мне нужно убедиться, что Винсент был один и внизу нас никто не ждет. Оставайся здесь. Иначе тебе придется выпить то же, что и ему.
Нова надеется, что девочка слишком напугана, чтобы ослушаться. Судя по глазам Натали, так оно и есть.
Нова открывает дверь и выходит в коридор.
Она выиграла эту партию.
Это кажется невероятным, и тем не менее… Теперь можно идти дальше. Как ни жаль, с «Эпикурой» все кончено. Пройденный этап. Хорошо, что всегда остается возможность снова стать Йессикой.
