– Насколько я поняла, вы здесь из-за пропавшего мальчика? – спросила она, закуривая сигарету.
– Мы ведь договорились не курить в квартире. – Андерс обернулся, доставая контейнер с кубиками льда из морозилки, и нахмурился.
Йенни, не отреагировав, глубоко затянулась и медленно выпустила в воздух несколько колец дыма.
– Все верно, – ответил на ее вопрос Педер. – Мальчика зовут Оссиан Вальтерссон.
Йенни сделала еще несколько затяжек. Андерс звенел бокалами в кухонном углу.
– Мы не виделись с похорон, это вам известно? – почти закричала она. – Я и Мауро, отец Лилли, я имею в виду. Конечно, вы всё знаете. Не виделись, не перезванивались. А зачем? Он добился того, чего так хотел. Забрал у меня дочь.
Йенни яростно загасила окурок в пепельнице на столе.
– Дорогая, мы столько раз говорили об этом. Мауро хотел быть с ней каждую вторую неделю.
– Каждую вторую неделю! – закричала Йенни. – Половина жизни моей дочери! Он ведь сам ее бросил. Ее и нас всех. Ради этой чертовой блондинки.
– Сесилия брюнетка, – поправил Андерс.
– Это Мауро убил ее, готова спорить на что угодно, – продолжала Йенни. – У него родственники сплошь психопаты. Они всё сделали для того, чтобы лишить Лилли матери. Он нашел ей другую мать вместо меня, чертову девчонку!
Юлия видела решение суда. Йенни не разрешили быть с Лилли, пусть даже неделя через неделю. Ее признали недостаточно психически устойчивой, чтобы участвовать в воспитании своего ребенка.
Тогда приговор удивил Юлию. В тяжбах об опеке суды почти всегда брали сторону матери, независимо от ситуации. Редкий случай, когда мужчина оказывается в менее выигрышном положении. Но агрессивная женщина на диване была достаточно убедительна.
– Обстоятельства исчезновения вашей дочери и Оссиана обнаруживают большое сходство, – спокойно ответила Юлия. – Поэтому мы и решили встретиться с вами еще раз. Извините, у нас нет намерения бередить ваши раны.
Она с благодарностью приняла напиток от Андерса. В золотистом чае плавали кубики льда, он пахнул свежестью и пряными травами. Юлия отпила из бокала. Педер уже осушил свой. Андерс явно знал свое дело.
– Полиция тщательно расследовала версию, что за похищением Лилли стоит кто-то из членов семьи, – начал Педер и откашлялся. – Включая обвинения, выдвинутые против Мауро. Они не нашли никаких подтверждений этому.
– Доказательства, – фыркнула Йенни. – Единственное, из-за чего вы суетитесь.
Андерс снова наполнил бокал Педера и занял место на диване рядом с женой. Собака запрыгнула на диван и положила голову ему на колени. Похоже, она уже смирилась с присутствием в квартире Юлии и Педера – по крайней мере, вслух больше не возмущалась.
– Ты сам все видел. – Йенни повернулась к мужу. – У нее было красное пятно между ног, каждый раз, когда она возвращалась от Мауро. Я водила ее к врачу. Но нынешние врачи… они так боятся сказать что-нибудь не то! Мне объяснили, что у Лилли слишком тесные трусы, чтобы я купила на размер больше.
Длинные темные волосы упали Йенни на лицо, и Юлия подумала, что эта женщина, наверное, была красива, пока озлобленность не исказила ее черты.
– Йенни, – мягко возразил Андерс, – ты сама понимаешь, что это не так. Мауро точно не стал бы причинять Лилли вред. Он любил ее не меньше, чем ты.
Йенни отвернулась к окну и зажгла очередную сигарету.
– Сегодня не ее день, – обратился Андерс к полицейским, не спуская глаз с жены.
– Что-нибудь еще помните из того дня, когда она исчезла? – спросил Педер.
Йенни яростно затрясла головой.
– Я сразу поняла, что это Мауро. Что это он ее спрятал.
– Но сотрудники детского сада утверждали, что в тот день девочку забрала пожилая пара.
– Их много, этих Мауро, – проворчала Йенни. – И он не такой дурак, чтобы подставляться. Конечно, он послал за Лилли кого-то из своих родственников. Его родители умерли, но там ведь есть и другие старики. Они поголовно психи, вся эта компания.
Ее голос сорвался на фальцет. Собака вздрогнула и подняла голову.
– Ты несешь чушь, – строго сказал Андерс. – Уверена, что не забыла принять лекарство?
– Чушь, – повторила Йенни плаксивым тоном. – Мой ребенок умер, я прошла через ад. Я сделала все, чтобы спасти ее от этого… чудовища… и не спасла.
Йенни трясло. Она зажгла очередную сигарету от окурка предыдущей и затянулась, словно хотела высосать фильтр.
– И потом, теперь у нас совсем другое расследование, – добавила Юлия, медленно проговаривая каждое слово, как будто так Йенни лучше могла ее понять. – С другим ребенком, а обстоятельства, как я уже говорила, схожи. И поэтому…
– Мауро чертовски умен, – перебила ее Йенни и постучала себе по виску, раскачиваясь из стороны в сторону. – Он ведь понимает, что его будут подозревать. Вот и отвлекает внимание от себя и Лилли. А я все пытаюсь заставить вас поверить, что это он… – Она щелкнула пальцами в воздухе. – Тот самый ваш… серийный убийца.
– Вы действительно полагаете, что это серийный убийца? – спросил Андерс полицейских, поглаживая Мольберг.
Прежде чем ответить, Педер вопросительно посмотрел на Юлию, которая осторожно покачала головой.
