— Ничего подобного! — возмутилась Рийса.
— Не могу я быть с ней единодушен, — поддержал ее Энди.
Юноша не выдержал и рассмеялся. А затем пересказал друзьям события вечера. Энди проворчал:
— Рамон тоже хорош. Мог бы нас предупредить.
— С ним я сам поговорю утром, — отмахнулся Хайен. — Давайте спать. А то нам завтра снова контрольные писать.
Хели сжала на прощание его ладонь, и вспышка пламени унесла ее прочь. Рийса создала нужное заклинание и ушла по стене. Энди закрыл за ней окно и начал готовиться ко сну. Хайен последовал его примеру.
Стоило юноше оказаться в постели, как он тут же нырнул в сны. Он потратил немало темной магии в бою. Но сегодня его ждало еще одно дело. Поэтому Хайен собрал остатки сил и постарался найти сон, в который хотел заглянуть давно.
Этот сон не был похож ни на что из того, что Хайен видел до этого. Во-первых, скалы. Очень правильные, графичные, с четкими линиями. Странные. Во-вторых, луна. Синяя и яркая, как фонарь. Хайен замер на границе сна, оглядывая странный пейзаж.
— Так вот каков твой мир, Мика Сид, — пробормотал он.
Ступать на отливающий синевой песок совсем не хотелось. Юноша потянул на себя ткань сна, пытаясь укрыться, сделать себя невидимым. Осторожно и медленно скопировал синие блики, чтобы сделать себя неотъемлемой частью этого мира.
Мике снилось что-то безобидное. К тому же ищейка обладала сильной ментальной магией и могла заметить следы его присутствия. А Хайен этого не хотел. Поэтому кропотливо создавал маскировку. Наконец, дело было сделано, и он заскользил вперед, надежно укрытый несколькими слоями собственной магии.
Синеватый песок похрустывал под ногами. Скалы стройными рядами теснились вдоль тропы. Слишком пусто. Слишком просто. Мика на самом деле мыслит таким образом, или даже во сне скрывает свою истинную сущность?
Несколько минут спустя юноша остановился. Теперь он стоял на возвышенности. Скалы расходились, образуя небольшую долину, и по тропке внизу брела светловолосая девушка. Чувство одиночества, которое пронзило Хайена при виде ее, было неожиданно острым. Юноша успокоил дыхание, подстраиваясь под чужой мир, а затем потянул на себя ткань сна, стараясь лучше ощутить чувства девушки.
Мика чувствует себя одинокой здесь? Мика? Он вспомнил, как она вертелась вокруг Рамона и других адептов. Но затем осознал, что девушка, несмотря на то, что приписана к одному из отрядов, не может стать здесь своей. Ее магия другая. Стихийной у нее почти нет — все затмевает необычайно развитый дар ищейки.
Хайен окинул взглядом окружающие скалы. Влиять на сон без причины не хотелось. Поэтому юноша всего лишь медленно, очень осторожно коснулся его, стараясь выцепить среди одиночества самое сильное желание девушки.
Картинка сменилась почти сразу. На пустой дороге словно по мановению руки вырос дворе, такой же геометрически правильный и отливающий синевой. У входа толпились люди. Одиночество сменилось волной удовлетворения и жаждой признания.
Вмешиваться в сон юноша больше не стал. Какое-то время он еще наблюдал за хозяйкой этого места, а затем также медленно ушел, старательно заметая следы.
После этого силы покинули его, и Хайен погрузился в крепкий сон без сновидений.
На рассвете адепты спустились в холл замка и увидели своего наставника. Эльф задумчиво посмотрел на Хаейна, и тот сразу понял:
— Эйке проснулся?
Магистр кивнул:
— Я уже говорил с ним.
Юноша напряженно спросил:
— Что он рассказал?
— Признал свою вину, — бесстрастно ответил эльф. — Но кто дал ему амулет, не говорит. И сейчас это не важно. Займитесь учебой. Обсудим все после тренировки.
Хели недоверчиво посмотрела на отца, но ничего не сказала. Хайен подумал о том, что наставник, похоже, не горит желанием делиться с адептами тем, что рассказал ему но-хинец. Но спорить никто не стал. Юношу сейчас больше занимала другая мысль, которая пришла ему сразу при пробуждении. А самое главное — Хайен не знал, стоит ли ей делиться ей друзьями. И если стоит, то с кем именно? Рассказать Хели и наградить ее теми же сомнениями, что терзают его самого? Или довериться магистру Лину, рискуя получить очередное «не вмешивайся»?
На этот раз наставник гонял их по предгорьям. Хайен бежал последним и продолжал думать. А еще он украдкой наблюдал за Энди. Мысль, которая пришла юноше в голову утром, была предельно простой. Герцог Тан сказал, что один из амулетов Эйке был сделан здесь, в королевстве. И на нем была воздушная магия. А одним из самых известных и влиятельных родов, который старательно взращивал в своих представителях эту стихию, были Райсы. Конечно, род Великих герцогов Запада тоже мог принимать участие в интригах, но… Райсы всегда учились в Алом замке, один из его представителей был ректором Академии, а другой представитель делил комнату с Хайеном. И после предупреждений Микаэлы все труднее было думать, что Райсы не замешаны в том, что происходит. Оставалось только надеяться, что Энди не успел по уши влезть в дела своих родственников.
