Эльфийка их явно не видела и не чувствовала. Идрес смотрела то на камень, то на Хайена. А затем чувство опасности резко обострилось. Камень выпустил новый щуп, тонкий и длинный. Младенец на руках у Лии зашелся плачем. А щупальце молниеносно устремилось предплечью эльфийки.
Темная магия снесла все заслоны, Хайен захлебнулся собственной силой. Хели крикнула:
— Хайен, нет!
Едва заметная боль в голове стала невыносимой и швырнула юношу в беспамятство.
Сознание возвращалось медленно. Сначала Хайен ощутил под собой холодный каменный пол, затем струящееся по вискам тепло. От голосов друзей заболели уши, и к горлу подкатила тошнота.
— План был идиотский, — возмущался Энди. — Это ты виновата…
— Он согласился на это сам, — возражала Микаэла.
— И тебе нельзя было воздействовать на него! — сердито произнесла Хели.
— Нужно было дать Хайену убить ее? — фыркнула в ответ ищейка. — Ты и сама понимаешь, что он прошел по грани!
— Он ни разу никого…
— Вот я и сделала так, чтобы этот раз случился не сегодня, — огрызнулась Мика.
Голос Идрес прозвучал совсем близко:
— Прекратите. Все обошлось. С Хайеном все будет хорошо.
Юноша открыл глаза и понял, что лежит на полу. Идрес сидела рядом, ее зрачки слабо светились синим, а успокаивающее тепло лилось на виски с кончиков ее пальцев.
— Что… произошло? — прохрипел Хайен.
Идрес бросила предостерегающий взгляд на остальных и коротко ответила:
— Ничего не поправимого.
— А поправимое? — кривясь от боли, спросил он.
Юноша обнаружил, что голова раскалывается, а магия Идрес не убирает неприятные ощущения, а только маскирует.
Эльфийка саркастично произнесла:
— Да тут одна первокурсница воспользовалась ментальным ударом, который ей еще не положено знать, и который не имеет права применять.
— Отец научил меня и… — попыталась возразить Микаэла.
— Это не дает тебе никаких прав, — оборвала ее Идрес. — И силу нужно рассчитывать с филигранной точностью!
Мика угрюмо отозвалась:
— Я испугалась.
— Ты ищейка или кто? — взъярилась эльфийка.
— Ты тоже ищейка. И скрываешь темного от своих.
Голос Мики был холоден, как лед.
Хайен почувствовал, как дрогнули пальцы Идрес на его висках.
— Угрожаешь мне? — ровным тоном спросила она.
— Не говори отцу, и я тоже буду молчать.
Хайен, наконец, нашел в себе силы сесть и оглядеться. Бледная Мика восседала на одном из стульев. Правый рукав ее рубашки был закатан, и на запястье красовался алый ожог. Хели сидела на другом стуле, скрестив руки на груди, и сверлила ищейку мрачным взглядом. За плечами девушки застыли встревоженные Рийса и Энди.
Хайен обвел взглядом друзей и обернулся к Идрес:
— Что произошло? Что я…
Слова замерли у него на губах. Рукав ее платья был разорван. На предплечье красовался уже знакомый аккуратный прокол. Судя по всему, Идрес воспользовалась своей магией — рана была чистой и кровь больше не шла. Хайен перевел взгляд на Мику. Ищейка кивнула:
— Да. Ты пытался помешать этой штуке зацепить ее. Это что-то на уровне инстинктов. Я была в твоей голове в этот момент. Видела твоими глазами. А потом…
Она резко замолчала и опустила взгляд.
— потом что? — требовательно спросил Хайен.
Теперь на него смотрела только Хели. И в аметистовых глазах была только молчаливая уверенность. Но заговорила Идрес. Мягко, как с ребенком.
— Ты уничтожил трофей и ранил меня. Кажется, у тебя были проблемы с контролем. Потому что Мика… Применила ментальный удар, хоть и не должна была.
— Я тебя спасала, дура, — не выдержала девушка. — И если бы мне кое-кто не помешал, была бы осторожнее…
Она выразительно посмотрела на Хели и шевельнула обожженным запястьем.
Дверь распахнулась, и на пороге появилась Лия с младенцем на руках. Роан вовсю улыбался. Словно отвечая на невысказанный вопрос Хайена, Идрес сказала:
— Успокоился, как только ты уничтожил трофей. Тебе нельзя сейчас спать, Хайен. И будет лучше, если утром тебя осмотрит Эллехио. Думаю, будет лучше, если Энди и Рийса проводят Мику домой. А вы с Хели останетесь здесь до утра.
Никто не стал с ней спорить. Микаэла поморщилась и встала. Хайен нашел в себе силы подняться с пола и спросил:
— Ты узнала что хотела?
— Все, что смогла, — неожиданно серьезно ответила девушка. — Мне нужно еще немного времени на изучение трофеев.
Юноша кивнул, и она ушла вслед за Энди и Рийсой. Идрес забрала ребенка у Лиериэль и напомнила:
— Хели. следи, чтобы он не спал. Погуляйте на воздухе. На холодке меньше хочется спать.
После этого эльфийки ушли. Вспышка пламени перенесла адептов во двор. Ночная прохлада и правда чуть притупила головную боль.
Какое-то овремя адепты молча шагали по заросшему саду. А затем Хайен спросил:
— Что со мной было? Я попытался… причинить вред Идрес?
— Я не знаю, Хайен, — вздохнула Хели. — Но на этот раз ты был не в себе. У тебя был тот самый взгляд.
Юноша обернулся и с досадой произнес:
— Нужно было расспросить Микаэлу о том, что она видела в моей голове.
Хели грустно улыбнулась:
— ты и сам это знаешь, Хайен. Хаэтеллио был прав, верно? Твой источник изменился. Именно поэтому… Ты стал подвержен тому, что происходит с темными эльфами.
