— Этим моя мать занимается. И мать Микаэлы. Я не лезу. Тем более, что у Мики сейчас есть более интересная игрушка.
— Ты о чем? — не поняла Рийса.
— Игрушка, которую подкинул ей Хайен. — прозрачно намекнул Рамон.
Адепты тут же обратились в слух.
— Она что-то нашла? — напряженно спросил Хайен.
— Кое-что, — осторожно произнес однокурсник. — Но для того, чтобы разобраться, ей понадобится твоя помощь.
— Конечно, я… — начал было Хайен.
Но Хели перебила его, глядя на Рамона исподлобья:
— Какого рода помощь?
Он помедлил с ответом. Но, наконец, заглянул Хайену в глаза и прошептал:
— Ей нужно залезть тебе в голову.
За столом наступила тишина. Какое-то время было слышно только стук ложек. Рамон безмятежно прихлебывал чай, позволяя однокурсникам обдумать его предложение. Точнее, предложение Микаэлы. Его будущей супруги. Хайен видел, как напряжена Хели. Но все равно не понимал, как лучше поступить.
Юноша отставил тарелку в сторону и задумчиво спросил:
— А если я откажусь?
Рамон пожал плечами:
— Тогда Мика умывает руки. Ищи другого человека, который готов тебе помочь.
— Может быть, Цанцю или тройняшки… — начала Рийса.
Но Хайен понимал, что магия остальных ищеек слабее. Вероятно, справится отец Микаэлы. Но связываться с ним еще опаснее. Мике и Рамону они только что помогли. Но пустить ищейку в свой разум…
Первой заговорила Хели:
— Для чего? Что она хочет там найти?
Рамон огляделся и подался вперед:
— Она хочет понять, что происходит с Хайеном в тот момент, когда он видит эти вещи.
— То есть мне придется не только пустить Мику в свой разум, но и смотреть при ней на трофеи?
— Вроде того, — кивнул Рамон. — Ты можешь отказаться, но это глупо. Хидео передал эти штуки тебе. Ты сам отдал их на изучение Микаэле. Всем остальным сейчас до них нет дела.
Хайен кивнул:
— Что ж, я согласен. Когда? Где?
— С этим сложнее, — признался Рамон. — У нас нет подходящего места. И Микаэла не хочет, чтобы об этом знал ее отец.
— Возможно, у нас получится подыскать место, — осторожно начала Хели. — Будем держать связь с Микой через ищеек. Вин и Вэн все еще работают в Сером замке. Они нам помогут.
Рамон тут же согласился:
— Идет. Нам нужно место, где можно экспериментировать с магией. И чтобы никто из старших не засек.
Адепты переглянулись, и Рийса ответила за всех:
— Допустим, у нас есть такое место. Мы подумаем, когда это лучше провернуть.
Рамон залпом допил чай, кивнул и отправился к выходу из столовой.
— О-хо-хо, — протянул Энди. — Во что мы ввязываемся? Ты серьезно готов пустить в свою голову Мику? Боюсь, убытка может быть больше, чем прибыли. Вытрясет чего-нибудь…
Хайен вспомнил свое путешествие по снам ищейки и твердо сказал:
— Пусть попробует. Мне есть чем ответить. Я должен понять, что не так с трофеями. Эльфы не справились. Наша единственная надежда — это Мика. Сид-старший будет вести свою игру.
— Мика тоже, — вздохнула Рийса.
— Пусть попробует, — повторил Хайен. — В любом случае придется рискнуть. И они с Рамоном нам должны. Так что, думаю, будут играть честно.
Хели вздохнула и призналась, заглядывая Хайену в глаза:
— Я не хочу, чтобы Мика тебя читала.
Юноша ничего не стал на это отвечать. А Рийса понизила голос:
— Про место… Ты думаешь о том же, о чем и я, верно? Кеубиран? Не опасно ли это?
— Возможно, — пожал плечами Хайен. — Но у меня есть идея, как все устроить.
Друзья устремили на него вопросительные взгляды.
— Я все еще не уверена, что мы поступаем правильно, — негромко сказала Хели.
Хайен пожал плечами и повернулся к синей плите в центре портального зала. С того момента, когда Рамон передал им предложение Микаэлы, прошло несколько дней. За это время юноша почти не спал. В свободное от тренировок время пришлось спешно организовывать прибытие бригады гномов в Кеубиран.
К счастью, бородачи не поскупились и отправили толкового мастера. Фрохвелл держал своих людей в ежовых рукавицах и хорошо знал свое дело. Его не смутили ни масштабы работы, ни репутация города. Но на ночь бригада не рисковала оставаться в полуразрушенном замке. И о его обитательницах гномы тоже почти ничего не знали. Об этом позаботились адепты.
Хайен обернулся к Хели и спросил:
— Как Идрес?
— Переживает, — коротко ответила девушка. — Кажется, разговор ее братьев с матерью прошел не очень хорошо.
— Чего и следовало ожидать от Ньери, — с досадой сказал юноша. — Мне кажется, она самая упертая из эльфов.
Хели сцепила руки перед собой и тяжело вздохнула:
— Подозреваю, самые упертые сейчас заняты не нами, а орками.
В ее голосе промелькнула тоска. Девушка начала нервно мерить комнату шагами. А Хайена пронзило ощущение чужого взгляда. Юноша медленно повернулся и обнаружил, что из ближайшего угла за ним наблюдает пара сияющий белых глаз. Со стороны Фенга пришла волна смутного беспокойства. Хайен нахмурился и попытался разобраться в чувствах пса, но так и не смог понять, что же взволновало друга. Стало не до этого — синяя плитка на полу вспыхнула и начала источать синий дым.
