Звякнули колокольчики в его бороде и разбудили феникса, спящего на своей жёрдочке. Фоукс проснувшись, замахал крыльями и завопил как умалишённый. Павлин дёрганный! Некоторое время все слушали его безудержные крики. И лишь когда «концерт» феникса закончился, Гарри вкрадчиво задал свои убийственные вопросы:
— А вам откуда известно, что для спасения Джинни необходимо было владение парселтангом, господин директор? Или вы сам так все устроили? Хммм. Это как-то связано с её смертью, её что змея покусала, что ли? Вы её как нашли? Тоже парселтангом владеете или у вас другие способы передвижения?
Вопросы повисли в директорском кабинете тяжелой скалой над головой непредусмотрительного альпиниста. Вопросы Гарри застали Дамблдор врасплох и он на мгновение даже задохнулся. Ответ должен был развеять неоднозначность, затаившуюся в его заведомо наивных вопросах.
— Я… — заикнулся старик, — предположил, что…
— Вы. Предположили?
Гарри скосил взгляд в сторону застывшей Макгонагалл и кривовато ей ухмыльнулся.
— А знаете, декан, загадку Гермиона Грейнджер давно разгадала.
— Какую загадку, мистер Поттер? — вскинулась декан Гриффиндора. — Почему вы ничего мне не сказали?
— А зачем вам что-то сообщать, профессор, мэм? Вы у нас замдиректора, декан Гриффиндора и профессор по Трансфигурации. Три высокооплачиваемые должности занимаете. Это вы должны были разгадку окаменения решить, а не ваша окаменевшая второкурсница. Но вы, извините, задрав нос, даже не замечаете, что у вас на факультете двое младшекурсников пострадали и лежат в Больничном крыле каменными статуями. А третья — как говорите — погибла при невыясненных обстоятельствах. Но, кто-то до ее трупа, как-то добрался. Директор это был, да?
— Замолчите, Поттер! — рявкнул неожиданно декан Слизерина, профессор Снейп. — Не вам критиковать действия руководства Хогвартса. Вам, малолетнему выскочке. В который раз я убеждаюсь, что вы такой же невоздержанный и невоспитанный гадё…
— Северус! — рыкнул Дамлдор и Гарри аж подскочил от неожиданности.
И решил — будь что будет.
— Да что вы говорите? Я такой же как мой отец? Так это же хорошо, а то смотрю на вас, профессор Снейп, и в который раз убеждаюсь в правильности выбора мужа моей мамой. Ведь если бы вы были моим отцом, то моё детство прошло бы в два раза хуже, чем ваше собственное. Тётя Петуния всё мне о вас и ваших с мамой отношения рассказала. А так, у моей мамы было, хотя бы несколько счастливых лет с папой. Вдали от вас.
— Вы… Вы… Поттеровский ублюдок! Сто баллов с Гриффиндора за личную оскорбление преподавателя.
— Ой, как мне страшно! — захихикал Гарри. — А воспоминания тёти Петунии говорят, что я в законном браке родился. Что скажете, сэр? Права была моя тётя — каждый похож на своих родителей. — Потом он посмотрел на застывшую компанию и остановил взгляд на покрывшегося красными пятнами Рональда. — Ну, что, Рон? Помог тебе «профессор» Локхарт, этот прославленный герой Ведьмополитена, найти ТВОЮ сестру?
Шестой Уизли, набычился со сжатыми кулаками, но его отец положил тому на плечо твердую руку и тихо ему рыкнул остыть.
— Ты, падаль грязнокровная, сам говорил, что слышишь голоса из-за стен? — сквозь зубы выдал его уже не самый лучший друг. — Мог бы уведомить учителей.
— Не только мог. Но и уведомил. Вот, пусть наша декан скажет сколько раз говорил ей, что за стенами замка ползает змея. И о том, что слышал я как КТО-ТО ЕЙ ШИПИТ убить кого-то. В клочке бумаги, что нашел в окаменевшем кулачке Гермионы, я прочитал о василисках… — Колективное «Ох!» прервало его. -… А потом, сам я нашел в туалете Плаксы Миртл дневник Тома Риддла…
На этот раз прозвучало коллективное «А-а-ах!». А директор Дамблдор подскочил на месте, весь поддавшись вперед.
— Где этот дневник, мой мальчик!
Имя «Том Риддл» внесло сумятицу в ряды преподавателей, даже миссис Уизли затихла. Лицо профессора Снейпа резко изменило оттенок с обычной желтизны на серый. Макгонагалл застыла, выпрямив спину, словно швабру проглотила. Её рука взметнулась наверх и захлопнула её рот, чтобы не завизжать. От ужаса наверно. Только её и так выпуклые, серого цвета глаза, продолжили свою жизнь, заметавшись влево-вправо, ища поддержку. А может и объяснение?
— Откуда я знаю. Мне помнится, что весь год Джиневра в нём писала и писала, пока не офанарела совсем. А я, между прочим, обращал внимание нашего старосты Перси, что что-то плохое с его сестрёнкой происходит, неспроста она ходит как сомнамбула не выспавшаяся. И не один раз. Но Перси меня посылал, каждый раз, далеко и надолго, уверяя меня, что он лучше знает Джиневру. Ну, раз так, я умываю руки.
— Я о дневнике спрашиваю, — напомнил директор.
