Холли полностью

Вместо этого, Бонни, спотыкаясь, но не падая, бредёт к задней части фургона, расставив руки для равновесия. И вот-вот окажется на улице. Родди пытается перехватить её. Бонни удивительно сильно отталкивает его. Он пятится, спотыкается о торчащий кусок бетона и приземляется на задницу. Его бёдра взрываются болью. Зубы с клацаньем прихватывают кончик языка. Он чувствует вкус крови. В этот опасный момент он наслаждается её вкусом, хотя и знает, что его собственная кровь для него бесполезна. Как и любая кровь без плоти.

— Она удирает! — кричит Эмили.

Родди любит свою жену, но в этот момент от также испытывает к ней ненависть. Будь на другой стороне Ред-Бэнк-Авеню людное место, а не густые заросли, все неравнодушные пошли бы посмотреть, из-за чего сыр-бор.

Родди с трудом поднимается на ноги. Бонни повернула в сторону от фургона и Ред-Бэнк-Авеню. Шатаясь, она будто в пьяном угаре тащится мимо фасада заброшенной автомастерской, одной рукой опираясь на подъёмную дверь, чтобы не упасть. Она добирается до края здания, прежде чем Родди успевает обхватить её рукой за шею и дернуть назад. Бонни всё ещё пытается бороться с ним, мотая головой из стороны в сторону. Велосипедный шлем ударяет Родди в плечо. Одна серёжка слетает с её уха. Родди слишком занят, чтобы это заметить; ему, как говорится, не хватает рук. Её воля к жизни просто поразительна. Уже сейчас Родди не терпится попробовать Бонни на вкус.

Он, задыхаясь, тянет её обратно к фургону, сердце колотится в груди, отдаваясь в шее и пульсируя в голове.

— Ну же, — произносит он, разворачивая Бонни. — Ну же, эльфийка, шагай, шагай…

Ему в скулу прилетает удар локтем. Перед глазами вспыхивают искры. Родди ослабляет хватку, но затем — слава Богу, слава Богу! — её колени подгибаются, и Бонни, наконец, падает. Родди поворачивается к Эмили.

— Ты можешь мне помочь?

Эмили, морщась, приподнимается в кресле и плюхается обратно.

— Нет. Если у меня окончательно откажет спина, я только усложню ситуацию. Тебе придётся справиться самому. Мне жаль.

«Не так жаль, как мне», — думает Родди, но альтернатива — арест, заголовки газет, судебный процесс, новости по кабельным каналам 24/7 и, наконец, тюрьма. Он хватает Бонни подмышки и тащит к пандусу, у него ноет спина, а бёдра готовы отказать в любую минуту. Отчасти это из-за рюкзака Бонни; он стягивает его. Рюкзак весит не меньше двадцати фунтов. Родди протягивает рюкзак Эмили, той удаётся схватить его и положить на колени.

— Открой, — просит Родди. — Достань её телефон, если он там. Нужно… — Он замолкает, надо поберечь дыхание для основной части миссии. Кроме того, Эм и так знает, что делать. А прямо сейчас нужно убраться отсюда и, если повезёт, у них получится. «Если кто-то и заслуживает немного везения после всего пережитого, так это мы», — думает Родди. Ему не приходит в голову, что Бонни этим вечером повезло гораздо меньше.

Эм уже вынимает симку из телефона Бонни, фактически выводя его из строя. Родди затаскивает Бонни по пандусу. Эмили, сидя в кресле, сдаёт назад, освобождая место. Затем она роется в рюкзаке. Родди хотел бы прерваться на секунду и перевести дыхание, но они и так пробыли здесь слишком долго. Опасно долго. Он пинком отталкивает ноги Бонни от двери. Будь она в сознании, ей было бы больно.

— Записка. Записка.

Она дожидается в заднем кармане пассажирского сиденья, в прозрачном пластиковом конверте. Её написала Эмили, руководствуясь записями, сделанными Бонни за время её недолгой работы. Подражание не идеальное, но в этом нет необходимости. И записка короткая: «С меня хватит». Вероятно, от неё не будет толка, если велосипед украдут, но даже в этом случае она может сыграть роль, если вора поймают. Родди кладёт записку на сиденье велосипеда и протирает её рукавом пиджака на случай оставшихся на бумаге отпечатков (хотя в интернете на этот счёт ходит двоякое мнение).

Родди, с трудом переводя дыхание, садится на водительское место. Он нажимает кнопку, убирающую пандус, и закрывает дверь. Его сердце стучит с бешеной скоростью. Если у него случится сердечный приступ, сможет ли Эмили отогнать фургон обратно на Ридж-Роуд 93 и завести в гараж? Даже если сможет, как быть с бессознательной девушкой?

«Эм придётся убить её», — думает Родди, и даже в его нынешнем состоянии — всё тело болит, сердце колотится, в голове ухает — мысль обо всём этом мясе, пропадающем даром, вызывает у него укол сожаления.

8:18 вечера.