Холли полностью

— Я знала, что после пяти выстрелов револьвер пуст; Билл учил меня никогда не заряжать барабан полностью. Она приставила дуло к моему лбу. Я позволила, желая увидеть выражение её лица, когда она спустит курок, а выстрела не произойдёт. Видеть её удивление было весьма приятно. После этого я просунула руки через решётку, схватила её за голову и свернула ей грёбаную шею.

Пит нарушает тишину одним словом.

— Молодец.

Тантлефф откашливается.

— По вашим словам, их жертвами стали по меньшей мере четыре человека. Пять, включая Ортегу.

— Кастро, — возмущённо поправляет Барбара. — Хорхе Кастро. Я нашла страничку Фредди Мартина на «Фейсбуке». Это партнёр Кастро, и он был убеждён…

— В этом деле у вас нет права голоса, — говорит Тантлефф, — поэтому, при всём уважении, я прошу вас замолкнуть.

— Сам замолкни, — говорит Холли. — Пусть она говорит.

Тантлефф фыркает, но не протестует. Барбара продолжает.

— Всё это время мистер Мартин верил, что мистер Кастро убит. Он говорит, что у Кастро есть родственники в Дейтоне, Ногалесе, Эль-Пасо и Мехико. Мартин убеждён, что он обязательно бы связался с кем-то из них.

— Он стал первым, — говорит Холли. — Я уверена. И, кстати, что насчёт родственников остальных жертв? — Холли думает, что родственникам Эллен Краслоу из Джорджии будет всё равно, но Имани из трейлерного парка захочет узнать о её судьбе. Отец Бонни захочет узнать, и её мать тоже. Но в первую очередь Холли думает о Вере Стейнман, которой теперь останется только закинуться таблетками и упиться до смерти.

— Никому из них не сообщали, — говорит Джордж Уошберн. — Пока что. — Он кивает в сторону Тантлеффа. — Это его дело, вместе с начальником полиции.

Тантлефф многострадально вздыхает.

— Мы хотим дать следственным группам как можно больше времени, но нельзя рассчитывать, что молчание продлится долго. Кто-нибудь проговорится. В ближайшем будущем я проведу пресс-конференцию, которая не особо меня радует.

— Но перед этим вы расскажете ближайшим родственникам, — говорит Холли. Почти требует.

Иззи отвечает раньше Тантлеффа.

— Конечно. Начиная с Пенни Даль.

Своё слово вставляет Джером, и Холли думает, что он, возможно, тоже вспомнил мать Питера Стейнмана.

— Вы можете хотя бы не упоминать о каннибализме?

Иззи Джейнс потирает виски, будто пытаясь унять головную боль.

— Нет. Заседание большого жюри будет закрытым, но факты всё равно всплывут. Слишком большой накал страстей, чтобы держать в секрете. Родственники вправе узнать всё не из долбаного «Инсайд Вью».

Вскоре встреча заканчивается. Холли измучена. Она возвращается в свою отдельную палату — редкость, как пятая лапа у собаки — закрывает дверь, ложится и плачет, пока не погружается в сон. Ей снится, как Эмили Харрис приставляет дуло револьвера Билла к её лбу и говорит: «Я вставила патрон в пустое гнездо, назойливая ты сука. Кто теперь в дураках?».

В четверть третьего Холли будит другая медсестра, не та, что поделилась валиумом.

— Нам позвонила детектив Джейнс. Говорит, вы ей нужны. — Она протягивает Холли мобильный телефон и дезинфицирующую салфетку.

— Я в больничной часовне, — говорит Иззи. — Ты можешь спуститься?

Холли катится в кресле-коляске к лифту. На втором этаже она с помощью указателей находит дорогу в неконфессиональную часовню больницы Кинера. Там пусто, не считая Иззи, сидящей на скамье в первом ряду. В одной руке она небрежно держит чётки.

Холли останавливается рядом с ней.

— Ты сказала Пенни?

— Так точно. — У Иззи красные и опухшие глаза.

— Полагаю, всё прошло не очень гладко?

Иззи поворачивается и смотрит на Холли с таким несчастным видом, что Холли едва сдерживается, чтобы не отвернуться. И всё-таки отворачивается. Потому что Иззи сделала за неё грязную работу.

— Блядь, а как ты думаешь всё прошло?

Холли ничего не отвечает, и через несколько секунд Иззи берёт Холли за руку.

— Это дело преподало мне урок, Гибни. Как только ты думаешь, что уже видела худшее, на что способен человек, вдруг оказывается, что ты ошибаешься. Злу нет предела. Я взяла с собой Стеллу Рэндольф. Я знала, что мне понадобится помощь, а она лучший консультант-психотерапевт в департаменте. Она общается с копами после перестрелок. И в других случаях тоже.

— Ты сказала Пенни, что Бонни мертва, а дальше?