Холли полностью

Киша привыкла видеть Эллен подметающей полы в «Колокольне» или со шваброй в вестибюле актового зала Дэвисона, стоящей на стремянке и меняющей лампочки, в женском туалете пополняющей запас бумажных полотенец в диспенсере или счищающей надписи с кабинок. По словам Киши, если она была одна, то всегда останавливалась поболтать с Эллен, а если вместе с коллегами по библиотеке, то они всегда втягивали её в свой разговор, если Эллен не работала в корпусе естественных наук или не была слишком занята. Не то чтобы Эллен тусила с ними, но всегда была рада немного поболтать или по-быстрому глотнуть кофе, обычно не присаживаясь, а просто прислонившись к стенке. Киша вспомнила, как однажды они спорили по поводу спектакля «Выхода нет», поставленного театральным клубом в Дэвисоне, и Эллен с преувеличенным джорджийским акцентом сказала: «Просто прочухайте это экзистенциальное дерьмо. И, скажу вам чувихи, получится жизнь, какой мы её знаем».

— Сколько ей было лет? — спрашивает Холли на аудиозаписи.

— Наверное… тридцать? Двадцать восемь? Она была старше большинства из нас, но ненамного. Она отлично вписывалась в нашу компанию.

И однажды Эллен не появилась. Через неделю Киша решила, что она, должно быть, взяла отпуск.

— Раньше я никогда особо не задумывалась о ней. — Записанный голос Киши звучит смущённо. — Она была на моём радаре, но ближе к краю экрана, если ты понимаешь, о чём я.

— Не подруга, просто знакомая.

— Точно. — В голосе слышится облегчение.

Примерно через месяц Киша спросила Фредди Уоррена, завхоза Союза, не перевели ли Эллен на полный рабочий день в корпус естественных наук. Уоррен ответил «нет» — в один прекрасный день она просто не появилась на работе. И в следующие дни тоже. Однажды во время обеденного перерыва Киша и Эди Брукинг заглянули в отдел кадров колледжа, узнать, куда подевалась Эллен. Там этого не знали. Женщина, с которой они разговаривали, попросила Кишу узнать адрес Эллен, если та объявится. Потому что она так и не получила свой последний чек.

— Ты искала её? Может, ходила к ней домой?

Долгая, очень долгая пауза. Затем Киша сказала тихим голосом:

— Нет. Наверное, я решила, что она просто не готова провести ещё одну зиму у озера. Или вернулась домой в Джорджию.

— Когда это произошло?

— Три года назад. Нет, меньше. Это было осенью, кажется, как раз перед Днём Благодарения, потому что, когда я видела её в последний раз — или в один из последних, я не уверена, — все столы в «Колокольне» украшали бумажные индейки. — Долгая пауза. — Когда я говорю, что никто её не искал, думаю, это относится и ко мне. Не так ли?

На записи есть ещё кое-что — Холли показала Кише фотографию серьги, и Киша подтвердила, что она принадлежала Бонни, но больше ничего существенного, поэтому Холли выключает телефон. Она выкурила сигарету до фильтра. Холли тушит её в переносной пепельнице и тут же думает, не закурить ли ещё одну.

Киша не связывала Эллен Краслоу с Бонни Даль, вероятно, потому, что они исчезли с разницей в несколько лет. Связь она увидела между Эллен и Маликом Даттоном, потому что оба были чернокожими. Она смутилась, будто рассказ о внезапно пропавшей девушке заставил её осознать, что она не так уж сильно отличается от остальных людей — вероятно, большинства людей в городе, — которым было наплевать на ещё одного молодого чернокожего парня, остановленного на дороге и застреленного полицией.

Но была огромная разница между молодым человеком, застреленным в своей машине, и знакомой, просто выпавшей из жизни. Холли могла бы сказать об этом Кише, но была слишком поглощена своими мыслями — тревожными мыслями, — поэтому поблагодарила Кишу за уделённое время и пообещала связаться с ней, если возникнут вопросы или дело будет раскрыто.

Вероятно, исчезновению Эллен Краслоу есть вполне рациональное объяснение. Работа уборщицы требует сноровки, но Холли считает, что на такой работе высокая текучка. Как и сказала Киша, Эллен могла переехать в какое-нибудь место потеплее — в Финикс, в Лос-Анджелес или Сан-Диего. У неё могло возникнуть желание повидать маму и отведать что-нибудь из её домашней стряпни. Если не брать в расчёт, что Эллен так и не забрала свой последний чек, а Питер Стейнман исчез примерно в то же время. Эллен жила в Лоутауне (на окраине), но работала в колледже, расположенном всего в паре миль от «Дейри Уип». Меньше, если срезать через парк.

Что касается Бонни Даль, то её велосипед нашли перед заброшенной автомастерской примерно на полпути между колледжем и «Дейри Уип». Холли заводит машину, аккуратно разворачивается и проезжает мимо кемпинга, где отдыхающие развлекаются под благожелательным взглядом вождя с трубкой мира.