– Нев, Лиля, наши датчики фиксируют движение в вашей части замка, – раздался в наушнике встревоженный голос Вани.
– Что-то приближается к вам со стороны лестницы, – добавил Войтех. – Уходите оттуда.
– Сюда, – велел Нев, потащив обеих спутниц в сторону бокового, более узкого коридора.
Маневр был рискованным: эту часть замка они еще не изучали и не знали, что от нее ожидать, но и надежды спрятаться там было больше. Буквально в паре метров обнаружилась арка, которая вела в небольшой закуток. В него они и забежали, надеясь, что существо не учует их и предпочтет пойти по более широкому коридору.
В наушнике слышались встревоженные голоса Войтеха и Вани: один спрашивал другого, можно ли посмотреть на существо через какую-нибудь из установленных камер, а потом внезапно повисла тишина. В этой тишине Нев, Лиля и Ханна услышали медленные шаги, цоканье когтей по каменному полу и тяжелое хриплое дыхание.
– Твою мать, это ж птеродактиль, – тихо пробормотал в эфире голос Вани. Видимо, они с Войтехом нашли камеру, на которой можно было разглядеть существо. – Это долбанный птеродактиль. Кажется, он знает, где вы прячетесь, потому что он идет к вам.
– Закройте глаза, – тут же велел Войтех.
– Зачем? – не поняла Лиля. Она предпочла бы найти место, где можно спрятаться, но закуток, куда они забежали, оказался совершенно пустым и очень маленьким.
– Затем что это единственная инструкция, которую нам оставили те, кто был здесь до нас.
Всем троим это показалось хорошим аргументом. Едва они старательно зажмурились, существо в коридоре издало еще один мерзкий, недовольный крик.
– Он остановился, – почему-то прошептал Ваня.
Было ли это совпадением или сработала подсказка Войтеха, никто не знал. Существо, напоминающее доисторическую рептилию, топталось на месте всего в двух шагах. Их разделяла только стена, но если бы оно учуяло запах, они оказались бы в ловушке.
Время тянулось невыносимо долго: они слышали хриплое дыхание существа, шорох его неуверенных шагов и недовольные вскрики. В наушнике голос Войтеха иногда тихо повторял: «Только не открывайте глаза». Лиля, оказавшаяся в закутке между Невом и Ханной, вжималась в стену так, словно старалась слиться с ней. С каждой секундой держать глаза закрытыми становилось все труднее.
– Я так больше не могу, – едва слышно выдохнула она.
И мгновенно почувствовала, как Нев коснулся ее руки и крепко сжал пальцы, безмолвно успокаивая и веля держаться. Она постаралась последовать его молчаливому совету и глубоко вдохнуть, но ее била такая дрожь, что воздух застревал по пути к легким.
Ханну за руку не держал никто, да и даже если бы Нев собрался это сделать, все равно не нашел бы ее руку. Она стояла чуть дальше от них, ближе к выходу. Ей было так страшно, как никогда раньше. Казалось, что мерзкая тварь слышит стук ее заходящегося сердца так же отчетливо, как она слышит цокот его когтей по каменному полу и шуршание крыльев по стенам.
Судя по звукам, существо подошло еще ближе и замерло, возможно, прислушиваясь. В какой-то момент Ханне показалось, что что-то коснулось ее лица. Она едва не вскрикнула и дернулась в сторону.
– Ханна, стой! – тихо приказал в наушнике голос Страха.
Она послушно остановилась, до боли стиснув челюсти. Существо как будто услышало ее движение, прошло немного дальше по коридору и миновало вход в их закуток. И тут нервы Ханны не выдержали. Она распахнула глаза, из которых мгновенно хлынули слезы ужаса, выскочила из закутка и бросилась к тому коридору, который вел в библиотеку. Там осталась спасительная лестница, и если существо немного замешкается, она успеет до нее добраться.
Однако едва она выбежала в коридор, тварь тут же ринулась за ней, обдирая крыльями плесень со стен и оставляя на каменном полу глубокие борозды от когтей.
– Черт возьми, Ханна, стой! Стой, кому говорю! – заорал Страх, переходя на чешский, едва только изображение, передаваемое камерой Ханны, сменилось, и стало понятно, что девушка выбежала из закутка.
Однако та либо уже не слышала, либо не посчитала нужным прислушаться к словам руководителя. В какой-то момент передатчик вместе с камерой слетел с ее головы и изображение на мониторе застыло, демонстрируя мрачную серость потолка, увитого паутиной. Теперь следить за движением Ханны можно было только по редким камерам и датчикам движения, закрепленным в замке. Проблема состояла в том, что эти же датчики фиксировали и движение следом за ней.
Добравшись до лестницы, Ханна зачем-то побежала наверх: то ли услышала что-то внизу, то ли просто растерялась. Они обследовали верхние этажи лишь поверхностно, чтобы убедиться в отсутствии угрозы, не устанавливали там аппаратуру, а потому секунду спустя девушка скрылась из поля зрения камер и датчиков.
– Надо остановить ее, – Ваня вскочил из-за стола, едва не столкнув с него ноутбук, быстро окинул взглядом присутствующих и остановился на Войтехе. – Дворжак, ты со мной?
