И тут он рассказал зятю историю, начавшуюся еще неделю назад с прихода к нему в кабинет Госсекретаря и Начальника Комитета Штабов и печально закончившуюся сегодняшним разносом причастных к этому делу лиц. Рассказал зятю все и почти без утайки. За исключением малюсенькой детали. Он опустил из своего рассказа тот факт, что в прошлый приход к нему Помпео и Милли он все же дал принципиальное согласие на проведение акции, хоть и отказался его визировать на бумаге. Он представил все так, как будто бы они пришли и уведомили его о желании помешать русским, развернуть свою установку, а он якобы просто не стал категорически запрещать это делать, сославшись на необходимость дополнительной проверки полученных сведений о новом оружии хунты. Зато чрезвычайно выпятил тот факт, что его наглым способом обманули, применив спецбоеприпас без личного на то дозволения, что являлось сущей правдой. По мере приближения рассказа к финалу иудейские глаза Кушнера все более и более округлялись, став, в конце концов, похожими на глаза перепуганного насмерть совенка. Закончив свое повествование о том, насколько близко вчера Соединенные Штаты стояли перед пропастью ядерного конфликта большой интенсивности, президент самого могучего государства в мире выжидательно уставился на своего собеседника. Тот тяжело дышал, приоткрыв рот, и никак не мог прийти в себя, от свалившейся на голову информации. Пожалев нервную систему молодого человека, президент, не вставая с кресла, набулькал ему в стакан из сифона газированной воды. Тот, припав пересохшими губами к стакану, в три глотка опрокинул в себя его содержимое. Наконец, придя немного в себя, молча обвел взглядом окружавшую их обстановку. Хозяин кабинета правильно понял немой вопрос Кушнера.
— Нет, Джаред. Здесь все чисто. Наши ребята только позавчера все тщательно проверили. А на окнах, как ты знаешь, висят антирезонансные шторы. Так что, можешь говорить, ничего не опасаясь.
— Надеюсь, что это так, — шмыгнул носом, как мальчишка Кушнер.
— Ну и как тебе показался мой рассказ? В отличную задницу мы попали? Я даже не представляю, что тут можно сделать, — потер в растерянности лоб повелитель единственной в мире сверхдержавы.
— Да уж, — согласился с ним любящий муж его дочери, — положение — хуже не придумаешь. Остается только благодарить Яхве за то, что он наделил русского диктатора выдержкой, не позволившей ему расценить это происшествие, как ничем не прикрытую агрессию против его страны.
При упоминании «Яхве» президент, имевший глубокие ирландские, а значит и католические корни слегка поморщился.
— Это все на что хватило твоего разума и природной изворотливости? — скривился Трамп, посылая зятю невольную шпильку.
— А что вы ожидали от меня?! — всплеснул руками правоверный иудей.
— Я ожидал от тебя совета, как нивелировать произошедшее с минимальным для нас, хотя бы моральным, ущербом, — сдвинул брови 45-й Президент.
— Ну-у, — завел глаза к потолку зять, видимо, ища там подходящий случаю ответ, — гибель спецназа можно вообще скрыть. Никто ведь не знает, кроме непосредственного командования, где они выполняли свое задание. А командование, само облажавшееся по полной программе явно не будет заинтересовано в обнародовании неприглядной для него самого истины.
— Так-так, — подбодрил Кушнера президент. — Общий ход твоих мыслей мне нравится. Продолжай.
— С крушением наших летательных аппаратов дело еще проще. Так как там погиб и один из русских, то это можно будет как-нибудь списать на его непрофессионализм, повлекший за собой трагические последствия. Тем более, что русских уже не раз уличали в опасных действиях вблизи наших самолетов. Тут можно даже встать в позу обиженного. Главное — не слишком переиграть и не настаивать на международном расследовании инцидента.
— Неплохо-неплохо, мой мальчик, — начал светлеть ликом Дональд Фредович.
— «Морской Конек», как я понял из вашего повествования, вообще выведен из состава Флота, а его матросы не являются военнослужащими. Поэтому с этой стороны тоже никаких видимых проблем не наблюдается.
— Отлично мыслишь, Джаред! — все более и более воодушевлялся президент сладкими речами Кушнера.
— А вот, что делать с подводной лодкой, я право, даже и ума не приложу, — спустил с небес на землю зять тестя.
— Об этом тоже горевать не стоит, — решительно заявил президент, не желавший спускаться с небесной выси. — 2-й Оперативный Флот не имеет постоянного состава. Туда время от времени все остальные откомандировывают часть своих сил. С «Джимми Картером» была та же история. Только в отличие от надводных кораблей его откомандировали туда специальным секретным распоряжением. Так что, по сути, о его истинном местонахождении знает только адмирал Льюис — Командующий 2-м Оперативным Флотом, а больше никто. Даже Командующий 3-м Флотом, к которому она приписана, не знает, где она находится. Льюису же для уютного существования вовсе невыгодно кричать на всех углах о том, что лодка погибла, именно в тот момент, когда находилась в его распоряжении.
— А Командующий 3-м Флотом? — тут же поинтересовался Джаред.
