Отец Андерсон ударно трудился, но совсем не так, как считали окутанные похотью и алчностью работники этого заведения: он совершал процедуру экзорцизма, не позволяя ни единого намëка на ту разнузданную оргию, которую воображали себе все окружающие.
***
Хогвартс
— Хм… Торнадо? Похоже я всë же успел до окончания этого этапа.
— Забини, я уже было решила, что ты не придëшь даже на вторую часть турнира.
— Я был в самом начале, когда все только собирались, но потом пришлось срочно заняться кое-чем и я воспользовался помощью домовика одной моей знакомой.
— Хо? Тебе разрешили пользоваться чужим домовиком? Твоя знакомая, кто она, я еë знаю?
— Маловероятно. Она пока не представлена обществу и занимается наследством. Скажи, лучше, Дафна, давно это торнадо тут гудит?
— Почти с самого начала, но кроме трупов этих монстров ничего не добавилось.
…
Управлять слизеринцем внезапно стало легче, хотя ритуал для Делакур, по идее, не должен был меня хоть как-то затрагивать. Или это сказалось именование нового «Сириуса» как Canis Majoris? Что там у нас с видимостью этого созвездия? Это цикличный эффект от его восхода над горизонтом или более долговременный?
***
Гриндилоу не могли ничего противопоставить уничтожающей их волшебнице и еë стихийной магии и несмотря на признание своего поражения они никак не могли прекратить это избиение, так как пленники были зачарованы и они не могли к ним даже приблизиться, не говоря уже про касание.
Флэр Делакур не знала этого, да еë личный контроль над элементалем был больше номинальный, чем реальным, так что буйство стихи продолжалось до тех пор, пока воронка торнадо не нащупала вкопанный столб с пленницей и не вырвала его со дна озера.
Дамблдор молча поставил девице Делакур максимальную из возможных оценок, хотя ему и хотелось снять несколько балов за опасную магию.
Изначально он считал, что хватит лишь небольшого жульничества, ну точнее не жульничества: просто из всех участников только у Делакур в заложниках был кто-то действительно близкий и дорогой, а остальным подбирали тех, кого придётся и с кем они хотя бы перекинулись парой фраз. Это не особо резало глаза, так как со стороны было не очень очевидно кто с кем в каких отношениях, но для публики вышло так, что все спасаемые были девушками и девочками: для Невилла и Крама очень удачно подвернулись сёстры Патил, чемпион с Хаффлпаффа спасал Чжоу Чанг
Комментирующие турнир сотрудники министерства магических видов спорта вызывали раздражение своими хвалебными комментариями к студентке Шармбатона, спасшей свою сестру, но «Великий Светлый» не позволил себе ни единого косого взгляда, словно они вообще не существовали — он был выше этого. Это однако не помешало ему поставить себе зарубку на памяти избавиться от них при подготовке к третьему этапу.
***
Отец Александр Андерсон рыскал по стране пытаясь найти следы порчи на других предприятиях, где имели свои капиталы Забини, но к его удивлению всё ограничилось одной гостиницей, которую он уже очистил и освятил. Это было странно, так как по его опыту столь чёрная магия, что применяли эти отродья, не была способна обуздать свои аппетиты и оскверняла буквально всё чего касалась или с чем мимолётно пересекалась, будь то вещи, места или люди. Однако следов было не так много, как он ожидал: только манор и гостиница, во всяком случае, так обстояли дела в обычном мире, где он мог действовать без дополнительного пригляда со стороны. Выбора особо не было и главный ликвидатор Ватикана устроил засаду возле гостиницы, всё ещё принадлежащей Забини — рано или поздно тот, кто ставил рабские метки сотрудникам должен прийти проверить что тут случилось.
***
Сохранять внутреннюю невозмутимость и играть на публику в разговоре с Дамблдором было тяжело, так как тот специально доводил его до белого каления, провоцируя разоблачить оборотня. Снейп держался, но это было непросто: больше всего его раздражала даже не тема с больным ликантропией Римусом Люпином на месте преподавателя, а то как это проводил Дамблдор — так словно невзначай, будто бы не видя и не понимая как Снейп воспринимает сам факт, что он вынужден прислуживать конкуренту на желаемую должность. Делать вид, что не понимаешь этих примитивных манипуляций было унизительно, но это было меньшим злом, в сравнении с тем, что мог ещё придумать Дамблдор. Если бы не помощь со стороны, то Северус действительно пошёл бы на поводу у директора, так как терпеть его нудёж и выполнять все возложенные на него задачи в рамках турнира и штатного алхимика Хогвартса было бы решительно невозможно.
Но помощь была и Северус мог сосредоточится на проекте Блэк-Малфой, призванном снять с последнего фамильное проклятье — наличие одного единственного наследника.
***
Особо долго ждать не пришлось: Забини заявился в гостиницу, будучи в лёгком подпитии под руку с какой-то девицей. Они вошли в здание и… и ничего.
