“Если Лекне не говорит по-арамейски, зачем она его держит?”
У Арантура заканчивались мелкие дела, которые он должен был делать на своей лошади. Он надел мешок с кормом, почистил копыта и протер его.
- Понятия не имею, - ответил он.
Нения рассмеялась. - Ну, я знаю.”
“Тогда почему ты спросила меня?”
Она закатила глаза и отвернулась.
“Причины. Расскажи мне о городе. Я не могу ждать.”
Через некоторое время они все еще стояли. Земля была мокрой и холодной, а на холодном жителе Востока лежало что-то вроде одеяла.
- У тебя есть палатка?- спросила она.
Он поморщился, но уже темнело. “Нет.”
“Нам будет холодно, - сказала она.
- Малконти думает, что ты мой парень. Он прислал тебе вино.”
Она выпила половину чашки.
- Он кивнул. “Мы можем построить убежище, как это сделали солдаты.”
- Думаю, вымпел решил, что я проведу с ним ночь, - спокойно сказала Нения.
Арантур слишком устал, чтобы испытывать шок. - Что?”
- Ну, я был польщена, но недоступна. Он очень извинялся.- Она улыбнулась. - Интересно, какими правилами руководствуется человек, который может убивать невинных, но не насилует своих друзей?”
Она вздохнула, закрыв лицо. Она пыталась быть забавной, но ей приходилось бороться со слишком многими маленькими ужасами.
Она подняла голову. “Конечно, именно тогда он и сказал тебе.”
“Не в моем вкусе, - выдавил из себя Арантур, чем впоследствии очень гордился.
Она хихикнула, скорее как Хасти, чем как воспоминание о Нении.
Вдвоем они позаимствовали острый топорик и срезали шесты. К удивлению Арантура, рыжеволосый мужчина с татуировками и еще двое здоровяков в бронежилетах и ржавых пустошах пришли и помогли им построить убежище, даже помогли очистить огромные листы коры Вирка. Арантур использовал свое седло и седло Нении, чтобы сделать подушки. Он почти ни о чем не думал, пока она не вошла в убежище и не прижалась к нему в тесном пространстве.
Внезапно он очень остро ощутил ее присутствие.
“У меня есть некоторые постельные принадлежности”, - сказала она. “Ольха.”
Он попятился, и она уложила весеннюю ольху пучками. За пределами маленького убежища было уже совсем темно, и от дюжины больших костров исходил свет.
- Не мог бы ты одолжить фонарь?- спросила она.
Арантур наклонился и зажег свет-простую, но очень мощную оккультную штуку.
Он водрузил его на Гребневой столб, и тот засиял с обоих концов маленького укрытия, превратив всю кору в лампу.
- Она рассмеялась. Но она закончила укладывать ольху, и Арантур воспользовался светом, чтобы сорвать пару молодых сосен за пределами сторожки и бросить их на верхушку Ольхи для мягкого слоя. Сосна была мокрой и холодной.
Но пахло от нее великолепно.
Арантур подумал о своем весьма ограниченном репертуаре заклинаний и попробовал очень теплый ветерок. Он выдохнул его изо рта, чтобы помочь пробуждению, и теплый ветерок подул на свежевырезанную постель, быстро высушивая ее.
Нения кивнула. “Хорошо. Ты будешь делать это всю ночь, и я буду теплой, как тост.”
“Мне нужен топор, приятель,-сказал рыжеволосый.
Арантур держал его в руке. Он передал его здоровяку, и тот ухмыльнулся.
- Магический свет?- спросил он. “Ты можешь сделать мне такой же, парень?”
Арантур потянулся к своему творению, которое было слишком ярким, взял его немного и прикрепил к палке.
- Держи, сир.”
Мужчина посмотрел на палку под разными углами.
- Поразительно, - сказал он и ушел в ночь.
Арантур слышал, как он играет с палкой и показывает ее другим мужчинам.
Он немного постоял у входа в убежище. Снова пошел дождь.
Он наклонился и вошел внутрь.
“Ты весь мокрый” - сказала Нения. “У меня все высохло. Вряд ли это поступок джентльмена.”
Арантур снял мокрый плащ и попытался высушить его с помощью магии, но он слишком устал. Он даже не был уверен, что сможет сделать это без фокуса, а его талисман находился в сотнях стадий к востоку. Он снял свой меч и завернул его в запасную рубашку, чтобы он оставался сухим.
Он лег. Постель была мягкой.
“Да, - сказала Нения, дотрагиваясь до мокрой шерсти, но потом она немного потеплела. Он наполовину лег на нее.
- Мама спросит, где я провела ночь, - сказала она.
“А-а, - протянул Арантур. “Мы могли бы поставить мой меч между нами. Они делают это в старых романах Бизаса.”
- Нет, спасибо, - ответила Нения. “Я просто скажу ей, что спала с пенноном, конечно. Я ожидала, что ты будешь теплее.”
Арантур начал смеяться. Она положила голову ему на плечо, прижалась к нему и расслабилась.
“С закрытыми глазами я их вижу, - вдруг сказала она. - Благословение госпожи, их было так много. А некоторые умерли, Арантур. Одна женщина просто упала на землю, пока мы были там. …”
Он сжал ее плечи. У него самого голова шла кругом, и он хотел что-то сказать, но голова уже шла кругом.
- Малконти говорит, что некоторые из них больны, - сказала она.
“Я видел мертвых, - сказал Арантур.
Его голос звучал странно, и слова вылетали из него, как будто он не решался заговорить. Когда он закрыл глаза, они были там—мертвые, как набитые человеческие подушки, как связки плоти, странно бескостные. Арантур был деревенским мальчишкой. Он видел смерть. Они выглядели неправильно.
