Тихо застонав, Аврора начала приходить в себя. Она была ещё слишком слаба, чтобы двигаться, но еë слипшиеся веки дрогнули, и девушка снова увидела… На неë пристально смотрел ангел с седыми спутанными волосами и янтарными глазами, и во взгляде Авроры, с каждой секундой всë более осмысленном, стали проявляться первые признаки узнавания. Однако седоволосый приложил к губам палец и, опустив ладонь на лоб девушки, знаками объяснил, что ей стоит лежать спокойно. К сожалению, даже без губительного прикосновения Бездны рана у неë на боку была довольно серьëзной.
Другие ангелы, повинуясь молчаливым приказам, принесли чистые куски ткани и кое-что из лекарств. Они тоже хотели помочь Авроре, а потому не придумали ничего лучше, чем столпиться вокруг. С точностью заправского врача их лидер обработал рану и перевязал еë, однако, конечно же, ему и в голову не пришло, что люди обычно их зашивают. Теперь настал черëд девушки жестами и слабым шëпотом учить серокровых основам медицины. К счастью, в этот момент случайно свалившаяся на голову капля или неясный шум сверху разбудили Роджера.
— Ой, да чтоб вас! — выругался он, сообразив, в чëм дело, и помчался в аптеку.
Послышался странный прерывистый звук, похожий на кашель: несмотря на своë положение, Аврора сочла реакцию парня крайне забавной. Сквозь окутывавший еë туман она понимала, что именно Роджер принëс еë сюда, в безопасное место, и, странное дело, как будто уже от этого ей становилось гораздо лучше. Однако лидер ангелов понимал: девушка неизбежно заметит то, что еë рана очищена от Бездны, задаст неудобный вопрос и получит на него обезоруживающе честный ответ…
Роджер скоро вернулся, неся под мышкой полноценную аптечку и, сев перед седоволосым, начал объяснять тому, какие лекарства для чего подходят. Парень и сам не понимал, почему сейчас возится с этим, однако чувствовал ни с чем не сравнимое удовлетворение. Возможно, кратковременный сон, полный приятных грëз, всë же помог ему хотя бы отчасти заглушить собственную боль.
— Значит так, я веду еë в больницу, где еë рану смогут нормально зашить и перевязать! — подытожил он, — а вы, уважаемые высшие существа, почитайте медицинский справочник.
— Должен признаться, — вздохнул седоволосый, — что при всëм моëм интересе к людям, как к виду, я и правда пугающе мало знаю о том, чем они лечатся. Видишь ли, наша энергия даëт нам возможность исцелять подобные раны за считанные часы. Если они, конечно, нанесены не ангелом…
— Давно хотел спросить, — отозвался Роджер, поднимая Аврору на руки, — а почему это так? Почему оружие и силы собратьев могут вас убить, а заклятые враги — нет?
— Всë дело в самой Тиферет-энергии и связанной с ней регенерации. Это что-то вроде иммунной системы, распознающей своего и чужого. Если рану оставил демон, организм старается еë излечить. А вот в клинке ангела он не видит угрозы и потому не в силах противостоять ему.
— Иронично, — фыркнул парень и, отвернувшись, чтобы не смотреть седоволосому в глаза, добавил, — если вспомнить Накира, я понимаю, что инстинкт самосохранения вам неведом…
— Он был храбрым и гордым воином, — недрогнувшим голосом откликнулся лидер, — но ещё он был очень честным и проницательным. Он следовал верным заповедям, хоть и излишне категорично, но сердце его всегда видело исключения из общих правил. Для ангела из легиона получить звание предателя и дезертира — высшая степень позора, и всë же в глубине души Накир понимал, что Натаниэль поступил верно. У каждого из нас есть свои ложные идолы, которым мы поклоняемся по привычке или из чувства долга, хотя на деле верим совсем в другое… Спасибо тебе, Роджер Эмбервуд. За нас и за неë.
С тех самых пор, как Натаниэль воссоединился с Лючией, Роджер чувствовал себя неуютно в гостях у ангела. Более того, он сам догадывался, что своим присутствием мешает возлюбленным. Между ним и Нейтом в последнее время повисло странное напряжение, и в один момент это стало невыносимым.
— Пожалуй, мне пора возвращаться. Не думаю, что теперь мне что-то угрожает, так что нам больше незачем делить одну квартиру на троих, — парень сделал акцент на последних словах.
— Хорошо, что ты заговорил об этом, Роджер, — неловко улыбнулся ангел, — боюсь, есть кое-что, что меня тревожит. Скажи, как ты себя чувствуешь?
— Знаешь, неловко. Чертовски неловко, если учесть, что вы с Лючией не отличаетесь скромностью.
Из-за стены послышался возмущëнный возглас, а Нейт смутился и отвëл взгляд.
— Мы… Мы были разлучены довольно долго, и я думал, что больше еë не увижу… Прости, я попрошу еë быть посдержаннее.
— Чëрт возьми, Нейт, не в этом дело! — подскочил Роджер, и в этот момент Лючия зашла в кухню в коротком топе и обтягивающих шортах до колен.
— Как дела, милый? — обратилась она к Натаниэлю и поцеловала его, демонстративно затягивая процесс.
В этот момент ангел покраснел бы, как помидор, если бы серая кровь не спасала от этого. Он мягко, но уверенно отстранил Лючию, укоризненно посмотрев ей в глаза.
