— Правда? — усмехнулся демон, — тогда догони меня!
Его крылья ослепительно блеснули на солнце, и через секунду Вельз с тихим стрëкотом уже висел в воздухе. Ариэль улыбнулся: враг пытается спастись бегством, а значит победа близка! Расправив крылья и взмахнув, он бросился в погоню. Демон оказался в невыгодном положении. При всей скорости своих четырëх крыльев он двигался слишком хаотично, скача то влево, то вправо. А вот ангел с каждым рывком настигал свою цель… Пока вдруг не заметил, как похолодело кольцо на его пальце!
— Неплохо, пташка, — оскалился, оглядываясь, Вельзевул, — но ты же знаешь, ни одна из птиц не сравнится в скорости… с саранчой!
Ариэль замер в воздухе: его противник вдруг исчез, а на щеке ангела остались три глубоких царапины. Осознание пришло вместе с воздушным потоком, который совсем не поспевал за движениями демона. Удар за ударом! Он носился вокруг противника, разрывая его кожу и плоть острыми когтями, дробя кости кулаками, превращающимися на такой скорости в тяжëлые молоты. В этой битве преимущество всегда было на стороне Вельзевула, и с каждой каплей серой крови Ариэль всë яснее ощущал это.
Сознание покидало ангела. Он стремительно падал. Потоки ветра вырывали перья из ослабевших крыльев, но он всë равно был обречëн выжить и мучительно долго зализывать раны. От одной только мысли об этой боли, хотелось плакать, но Ариэль из последних сил держал себя в руках. Он — воин легиона Михаэля! Он будет сражаться, пока ещё есть силы! Он не имеет права показывать слабость!
Удар о землю выжал лишь слабый стон из уст Ариэля, хотя кости его были раздроблены. Он с трудом перекатился на живот и, опираясь на левую руку, попытался подняться, однако в этот момент когтистая лапа схватила его за плечо и грубо отшвырнула в сторону, вызвав новый взрыв боли.
— Надо признать, я всегда недолюбливал ангелов, — раздался издевательски спокойный голос, — но не потому что я злодей, как тебе хочется думать. Просто я никогда не понимал, с чего мы должны отвечать вам добром на зло. Вы так любите говорить о своей чистоте и святости, что даже людей заставили в это поверить. Но из нас двоих монстр — не я, а ты! Знаешь, пусть это будет последним, что ты от меня услышишь. Тем ценнее будут эти слова. Я убивал сотни таких, как ты, но не ради какой-то идеи. Я убивал, потому что ненавидел вас за то, что вы делали с моими собратьями. Я — семя, вскормленное вашей бессмысленной войной, и сейчас ты почувствуешь на себе еë плоды!
Ариэль стиснул зубы, приготовившись к новой вспышке боли, но еë не последовало. Только почему-то стало холодно и очень тихо. Глаза ангела медленно закрывались, а косая рана на груди, пересекавшая сердце, почти не кровоточила. Последним, что он увидел, был силуэт, схвативший за запястье разъярëнного Вельзевула. И этот силуэт сжимал в руке горящую плеть.
— Покойся с миром, — вздохнул ангел и наконец-то отпустил порядком успокоившегося демона.
— Что ж, я не при чëм. Ты сам убил его, — оскалился Вельз.
— Нет. Я всего лишь освободил его от страданий. Прости. Я правда надеялся, что мы можем до него достучаться.
— Наивность во время войны чревата большими потерями, — нравоучительно заявил демон.
— Тогда скажи, что наивного в стремлении избежать лишних жертв. Не за это ли ты мстил? — и глаза ангела ярко сверкнули сквозь хрустальные капли слëз.
Серебряный Шпиль стоял на своëм месте, словно вековая секвойя, но корни, крепко державшие его раньше, были перерублены. Пришло время для последнего удара…
Натаниэль бродил по комнате и, пользуясь отсутствием Лючии, размышлял вслух. Положение ангела было действительно незавидным. Несколько дней назад, когда к его порогу пришëл странник в потрëпанной пыльной одежде, он ещё не думал, чем всë обернëтся. Путешественник представился Мальтусом и слëзно молил ангела рассказать ему историю великого сражения с Бездной. Натаниэль почувствовал в госте едва тлеющую демоническую энергию, но не придал этому значения. В конце концов, что могло быть безобиднее простой истории… Однако стоило ангелу упомянуть Роджера, как Мальтус проявил первые признаки беспокойства. Его тревога всë нарастала с каждым упоминанием силы парня, пока Натаниэль не спросил его об этом прямо. Тогда демон признался, что был одним из обитателей Южной Африки, где Бездна властвовала безраздельно даже при жизни Абаддона. Однако это и научило местных жителей очищать тела от губительной энергии. В благодарность за историю об эпохальном сражении Мальтус вызвался исцелить Роджера, однако сам парень был непреклонен. Бездна слишком глубоко пустила корни в его душе. Оставался лишь один выход. Тот, который предложила Лючия.
— Ты действительно готов на это пойти?
Ангел чуть не подпрыгнул от неожиданности. Аврора стояла в дверях его комнаты, завернувшись в полотенце и ероша только что вымытые волосы, и спрашивала его о подобном таким будничным тоном…
