— У людей горе, — строго сказала она, — им только тебя не хватало! Мальчик, наверное, неважно себя чувствует. Когда придет в школу, тогда и придет. Не лезь.
Но Габриэла не могла не лезть. Слух о том, что Штефан не умер, а убит, докатился уже и до их квартала.
Убийство! Настоящее убийство — шутка ли?.. И Тим уж наверняка знает, что произошло. Тому, что он может неважно себя чувствовать, Габриэла не верила. Штефан никогда не был ему близким человеком. Но телефон молчит, и в школу Тим не ходит. А значит, есть какая-то тайна! Которую ей просто необходимо узнать.
Во вторник Габриэла не выдержала и сразу после школы снова приехала к дому Тима. В этот раз красный «фиат» на парковке стоял и дверь Габриэле открыли сразу.
— Тим неважно себя чувствует, — сказала мама Тима. Габриэла подумала, что для фрау Бурлакофф и ее собственной мамы слова сочинял один и тот же человек, у взрослых такое бывает. — Ты ведь знаешь, что у нас случилось?
Габриэла осторожно кивнула.
— Тим пока в шоке, — продолжила мама Тима. — Доктор запретил ему выходить из дома — до тех пор, пока не восстановится.
— А когда он восстановится?
— Не думаю, что скоро.
— А почему он не подходит к телефону?
И тут в окне второго этажа Габриэла увидела Тима. Он подавал ей знаки, которых она не понимала.
— Потому что говорить по телефону врач ему тоже пока запретил.
Тим исчез из окна. Но быстро вернулся — с листом бумаги в руках. Наклонившись, принялся что-то на нем писать.
— А как же школа?
Габриэле стоило немалого труда не подавать виду, что заметила Тима в окне.
— Я договорилась с директором. Тим пока будет находиться на домашнем обучении.
— Я могла бы ему помочь…
— Не нужно. Спасибо. — Маме Тима явно не терпелось избавиться от назойливой гостьи. — Я же сказала, ему нужно восстановиться. Когда сможет, он тебе позвонит. Иди домой, передавай привет родителям.
Дверь захлопнулась. Габриэла подняла голову.
На листе бумаги, прижатом к стеклу, крупными буквами было написано:
«МАМА СКОРО УЙДЕТ. ПОДОЙДИ К ЗАДНЕЙ ДВЕРИ ТАК, ЧТОБЫ ТЕБЯ НИКТО НЕ ВИДЕЛ».
* * *Габриэла, подхватив велик, перебежала дорогу. В крохотном магазинчике напротив, торгующем цветами, спросила разрешения посидеть у окна, подождать подругу. Подошла к окну и впилась взглядом в дом Тима. Через двадцать минут фрау Бурлакофф тщательно заперла дверь, села в красный «фиат» и уехала.
Велик Габриэла оставила у магазина. Осторожно, далеко обойдя дом Тимофея, приблизилась к нему со стороны заднего крыльца. Постучала в дверь.
