Юноша помялся, но скрылся в квартире. «А чего мы так взволнованы?» – подумал Андрей.
– Чем в свободное время занимаетесь, Игорь Денисович?
– Дел полно, – фыркнул мужчина. – На рыбалку с Юркой ездим – есть тут у нас на Ворянке одно прикормленное местечко. Оно находится за городом, в нескольких километрах. А еще дачку прикупил в поселке Таловка. Ну, как дачка… Фанерная конура и две сотки пригодной к земледелию земли. Сидим вот с Юркой и думаем, пускать ли на эту землю тещу или пусть лесом идет…
– Что можете сказать о вашем соседе?
– О Витьке-то? Да Витька как Витька… – Сосед задумался: – Мрачноватый он, себе на уме, но так мужик нормальный, без придури, основательный такой…
«Ага, соль земли. Только время теряем», – подумал Андрей.
– Принесите свой паспорт и можете быть свободны, Игорь Денисович. Встретите Кравцова – постарайтесь не болтать, что мы его ищем.
– Да вы что, я могила… – Бакланов еще больше выпучил глаза и опасливо покосился в недра соседской квартиры.
– Да, еще вопрос. Машина у Кравцова есть?
– Есть, есть, – закивал сосед. – «Жигули» у Витьки первой модели, серо-сиреневые такие. Он их в гараже держит, там, на второй линии, за домом, – сосед неопределенно махнул рукой. – Неудачный попался экземпляр, жалуется на него постоянно – то карбюратор барахлит, то глушитель отвалится, и приходится веревочкой подвязывать…
Из квартиры пришлось уходить, с телефона Бакланова Андрей вызвал наряд. Отец семейства при этом нервно мялся в прихожей, а младший выглядывал из своей комнаты и делал лицо, как у студента на экзамене – материал не выучил, но отметка нужна.
На улице возле дома было как-то тихо. Старушки поднялись и ушли. Докладывал Саня Хижняк, успевший опросить их до поспешного бегства. Кравцова сегодня видели – причем дважды. Ушел утром, не рано, часов в десять, потом вернулся (между прибытием и отбытием, видимо, отметился в универмаге). В последний раз покинул квартиру за полчаса до визита милиции. Вышел с сумкой на ремне из дома, сквозь зубы поздоровался с жильцами и свалил за угол. На машине? А этого никто не знал. Но вроде гараж в другой стороне. Прибыл патруль с приятным известием: городской прокурор после беседы с Мелентьевым выдал санкцию на задержание Кравцова. Становилось не важно, ДО ТОГО или ПОСЛЕ ТОГО была взломана квартира. Двое остались в засаде. «Освобождаем пространство, ребята, – заторопился Светлов. – Вдруг вернется?» И ведь вернулся! За углом прогремел выстрел! Все оторопели. Светлов опомнился первым, помчался на шум. За газовым хранилищем, установленным между пятиэтажками, поднимался, держась за отбитую скулу, старший лейтенант Голицын. Оружие, слава богу, врагу не отдал, можно сказать, прикрыл его грудью. В ужасе разбегались мирные жители, из глубины двора истошно лаяла собака.
– Виноват, Алексей Григорьевич, он ловчее оказался… – прохрипел сотрудник милиции, хватаясь за оградку. – Это он был, по приметам точно он… Вон оттуда шел, из переулка… Вы сами меня тут оставили и забыли… Идет такой, насвистывает, сумка на плече… «Гражданин, – говорю, – задержитесь на минутку». Ну, не был я точно уверен, что это он… Ловкий, гад, все сразу понял – как прыгнет на меня, да сразу в челюсть… Я и покатился, а он побежал, откуда шел… Выстрелил ему вдогонку, промазал, ноги что-то подкосились…
– Сука! И где его теперь искать?! – взревел Пещерник и тут перехватил насмешливый взгляд Светлова. – Что лыбишься, майор? Такие вот у меня сотрудники… Что, не будем махать кулаками после драки?
– Будем, – возразил Светлов. – По крайней мере, теперь мы уверены, что идем по правильному пути и поимка Кравцова – лишь дело времени. Подключай людей, капитан, он не мог далеко уйти.
Несколько человек, вооруженных пистолетами и смутным описанием преступника, бросились за Кравцовым. Убийца имел фору в несколько минут. «Туда он побежал, туда!» – орали пацаны в соседнем дворе, гоняющие мяч. Милиционеры полезли в гущу кустов и перехлесты дворов. Был отдан приказ всем постам: задержать преступника! Приметы, одежда, сумка. Перекрыть все выезды из города! Задерживать подозрительных – особенно тех, кто не может подтвердить свою личность! К сожалению, мягкие советские законы не обязывали граждан носить с собой паспорта. Милиционеры прочесывали город, заглядывали во все дворы, опрашивали жильцов. На дороги выезжали усиленные наряды милиции. В присутствии понятых (пары местных жителей, страдающих похмельем) вскрыли гараж Кравцова. «Жигули» стояли на месте, переднее колесо было снято и прислонено к стене. Похоже, треснул диск – эксплуатировать транспортное средство при такой поломке было невозможно.
