Пока Ира петляла среди магазинов, спиной чувствовала взгляд друзей, полный жалости, и ощущала флер незаданных вопросов, которые вертелись у них на языке. Ей казалось, что каждый в этом торговом центре знает, что с ней случилось, и готов тыкнуть пальцем и посмеяться, поэтому старалась обходить скопления людей. Она понимала, что ее состояние граничит с паранойей, но мало что могла изменить. Невозможно просто сказать мозгу: «а теперь мы не думаем об этом», чтобы он реально послушался. Нет, он начнет прогонять мысли с удвоенной, утроенной, увеличенной до бесконечности силой, пока нейроны не выйдут из строя от такой нагрузки, чтобы никогда уже не восстановиться. Парадокс. Чтобы не думать о белом слоне, нужно держать в голове мысль, что нельзя думать о нем.
Ира задумалась и врезалась на ходу в кого-то. Подняла глаза, чтоб шепнуть «извините», увидела, что незнакомец – копия Генри, и резко отшатнулась. Ира еле устояла на ногах, ей казалось, что она вот-вот хлопнется в обморок от недостатка кислорода и следующей за ней гипоксии мозга. И с каких это пор повсюду стало так много голубоглазых блондинов, когда их на земле чуть больше одного процента?!
– Зай? – Настя тут же подскочила к подруге и встала перед ней. – Все нормально? – Никольская почувствовала, как от волнения начинает тикать. Нужно было срочно успокоиться самой, чтобы не подавать подруге лишних поводов для беспокойств. – Давай вместе. Вдо-о-ох… Вы-ы-ыдох…
– Можем идти дальше, – ответила, отдышавшись, Ира.
– Ну, тогда веди нас, Сусанин, – вклинилась в разговор Диана, чтобы не чувствовать, будто ее оставили за бортом. Происходило что-то непонятное, но объясниться никто не спешил.
Они обошли весь первый этаж, зашли в парочку магазинов, в одном из которых Настя прикупила себе черную футболку с красными языками пламени, чтобы полностью соответствовать своему прозвищу, и вышли к эскалаторам.
– О, смотрите, книжный, – резко остановилась Никольская под зеленой вывеской одного из магазинов на втором этаже, – давайте зайдем.
– Новые книги тебе не влезут в чемодан, – возразила Ира, – а просто «зайти посмотреть» ты не сможешь.
– Зай, я книгами утрамбую вещи, и все влезет.
– Но от перевеса тебя это не спасает, – ухмыльнулся Черный.
В книжном разделились. Ира и Диана пошли к стендам с нонфиком хихикать с книжек околомедицинской тематики, в то время как Настя утащила Макса к стендам с современными любовными романами.
– Что, опять физик вспомнился? – усмехнулся Максим, когда Настя взяла с полки очередную книгу с симпатичным нарисованным парнем на обложке. – Решила тут же реанимироваться?
– Ой, да иди ты! – хихикнула она. – Не нужны мне никакие книжные парни, у меня есть ты. Вот если бы ты меня еще любил, будь я огненным червем, то я точно бы решила, что ты – главный герой романа, написанного девушкой…
– Опять ты про своих червей, – тяжело вздохнул Макс. – Я думал, что эта тема исчерпала себя…
– Никогда!
Четверка воссоединилась вновь, как ни странно, в отделе детской литературы, где Настя уже присмотрела себе парочку книг – две части «Сказки на ночь для юных бунтарок», если переводить на русский язык. Как ей показалось, идеальные книги, чтобы втянуться в чтение на неродном языке. Картинок много, текста максимум страничка, да и слова простые – для детей же. Книги напоминали ридеры, которые использовались в начальной школе на уроках английского.
Настя расплатилась и отдала зеленый пакет с книгами Максу.
Зайдя еще в несколько магазинов и больше ничего не купив, ребята решили посидеть в кафе, где девочкам приглянулись политые шоколадной глазурью пончики, украшенные под мордочки мишек.
– Вы на меня прекратите так смотреть или нет?! – Ира сломалась под молчаливым натиском друзей и поставила чашку с какао на стол с такой силой, что часть содержимого расплескалась.
– Да как так-то? – сделала вид, что ничего не понимает, Настя.
– Как будто у меня кто-то умер и мы сейчас сидим на поминках. Я что-то не вижу кутью, прекращайте. – Ира взяла салфетку и начала вытирать пролитое какао. Хотелось сказать: «Пойдемте, дети. Тут психушка», и уйти. Но торговый центр превращали в дурдом друзья, от которых не сбежишь. Возможно, она драматизировала. Возможно, она надумала и никаких странных взглядов со стороны друзей никогда и не было. Возможно, она сейчас их оттолкнет и останется совсем одна, без поддержки. Но нервы вновь сдавали и заставляли поступать не так, как нужно.
– Ириш, мы просто переживаем о тебе. Ты молчишь и закрываешься в себе, мы уже не знаем, что и думать.
– Да что вообще происходит? – Диане казалось, что она слышит только концовку анекдота, начало которого она прослушала, и никто не удосужился ей его повторить. – Если вы не хотите посвящать меня в какие-то свои локальные мемы, я могу уйти, чтобы вам не мешать.
