Повисло неловкое молчание. Никто не спешил провести Диане экскурс по событиям последних дней. Аверина уже встала из-за стола, чтобы прогуляться в гордом одиночестве по торговому центру, но Ира успела поймать знакомую за запястье и наконец прервала тишину, хотя ей и не хотелось об этом говорить. Незнание, как отреагирует Диана, пугало. Но Ира решила, что ей улетать уже меньше чем через 24 часа и что их она уж как-нибудь точно переживет.
– Помнишь Сашу, что к тебе клеился? – начала издалека Вишневская.
– Его, если захочешь, не забудешь, – кивнула Диана, возвращаясь за столик к своему недоеденному пончику.
– Я тебе задолжала одно объяснение, почему от него стоит держаться подальше. Короче, если опустить подробности и детали, он втихаря сфоткал меня полуголой, а потом разослал по школе эти фотки всем, кому только смог.
– Оу… вот же козлина редкостная… мне жаль… – Такого поворота событий Диана не ожидала. Саша еще на уровне интуиции показался ей крайне неприятным типом, но чтобы настолько… подобный поступок казался Диане верхом низости, как бы противоречиво это ни звучало.
– А эти двое, – Ира кивнула в сторону своих друзей, – уже какой день испепеляют меня взглядом и душат жалостью. Им кажется, что я в любой момент могу прыгнуть под машину или перерезать себе вены, – усмехнулась она.
Вишневская мысленно выдохнула, что от Дианы в ее сторону не последовало ни негативной реакции, ни осуждения, ни обвинений.
– Неправда, – возразил Макс.
– Мы просто хотим тебе помочь! – воскликнула Настя так громко, что все посетители кафе обернулись узнать, что происходит.
– Благими намерениями, Насть… благими намерениями… У вас плохо получается делать вид, будто ничего не произошло. Произошедшее меня сильно задело, но если я буду думать об этом каждый день, то скоро сойду с ума. Кажется, уже начинаю… И ваши взгляды… они мне лишний раз напоминают о случившемся. Так что давайте просто забудем об этом, как о страшном сне. – Ира издала нервный смешок, потому что поняла, что ее страшным сном на протяжении многих лет буквально было оказаться голой на глазах у всех. – Сделанного не воротишь, все дела. Мне раньше нужно было думать головой. Хорошо? – Она так боялась осуждения и обвинения со стороны друзей, потому что сама ежедневно занималась самобичеванием. Подтверждения своих навязчивых мыслей со стороны друзей она бы не вынесла.
Все молча кивнули.
– Спасибо. Никто не должен узнать, что случилось этим летом, – подвела итог разговора Вишневская, имея в виду не столько те три несчастные фотки, сколько случаи с Генри, о которых друзья не знали.
Она надеялась, что после этих слов и правда сможет оставить здесь все травмирующие события и не тащить их за собой мертвым грузом. В конце концов, будущее должно быть светлым и счастливым, на то оно и будущее. Даже у девочки, на чью долю свалилось столько неприятностей, из которых те три несчастные фотки были меньшим из зол. Даже у девочки, что успела возненавидеть себя. Даже у девочки, чьим детским мечтам о замужестве и крепкой дружной семье уже никогда не суждено сбыться.
Где тлел последний уголек,
замечется пожар.
Собрать чемодан с вечера, чтобы не носиться с ним в самый последний момент, догадался только Максим. Ради этого он не стал оставаться у Насти на ночь и вернулся обживать свою не обжитую до этого момента комнату, что крайне не понравилось его девушке. Макс был единственным из их троицы, кому сбор чемодана не доставил никаких хлопот и проблем. На все про все у него ушло меньше часа. Как он прилетел с полупустым чемоданом, не считая косметики и других вещей Ириши, так с таким же и должен был улететь. Больше всего места занимало серое худи, которое он уже и не надеялся увидеть вновь, но которое Ириша вернула ему несколько дней назад.
Макс понимал, что свято место пусто не бывает, поэтому складывал свои вещи как можно более компактно, на случай если девочкам нужно будет скинуть ему свои покупки, чтобы избежать перевеса или чтобы чемодан хотя бы закрылся.
Насте с Ирой только предстоял увлекательнейший аттракцион «попробуй уместить все, что накупила за четыре недели, в чемодан, который еще при прилете был забит под завязку». В ход пошли все навыки игры в тетрис и умения впихивать невпихуемое, последнее касалось преимущественно книг Никольской. Жаль, что вещи, в отличие от фигур тетриса, не исчезали, стоило заполнить ряд.
Остроты ощущений добавляло ограничение по времени. Между ланчем и отбытием трансфера его не слишком много. В идеале собираться нужно четко, быстро и без лишних телодвижений, но на деле…
Сначала Настя радовалась, что за эти недели так и не разобрала чемодан до конца – меньше вещей укладывать. Потом тщетно пыталась закрыть чемодан, понимая, что ничегошеньки у нее не выйдет. Затем пришлось смириться, что утрамбовать одежду книгами не получится и нужно позвать к себе Макса, желательно сразу с чемоданом, чтобы не метаться туда-сюда, как сказал бы папа, как вонючий ветер.
