Мысли мои вернулись к моменту катастрофы, и я задумался. Конечно, можно было списать всё это на несчастную случайность, но уж больно вовремя эта случайность произошла. Вовремя для некоторых. Артур Владимирович – так звали адвоката, хороший, кстати, был мужик и отца знал, жалко, если погиб – так вот, Артур Владимирович говорил, что с наступлением совершеннолетия я имел полное право забрать свою долю из отцовской фирмы, и суд встал бы на мою сторону без писка – ведь я единственный наследник первой очереди, каковыми являются родители и дети. А вот мама – мама хоть и тоже наследник первой очереди, но всю фирму и прочее полностью она могла унаследовать только в случае моей смерти, что, собственно говоря, и произошло. А теперь у меня есть очень плохой выбор – либо мама пожаловалась Валику на моё своеволие, и он решил действовать самостоятельно, наняв какого-нибудь отморозка, чтобы устранить разом и меня, и адвоката, либо… но это уж совсем запредельно… но я уже не маленький доверчивый мальчик, так что учтём и эту возможность… Либо они с Валиком действовали совместно. Мама… Но как она могла так со мной… Нет, это не так, так и до того додуматься можно, что авария, в которую мы с отцом попали, тоже была подстроена, а у мамы совсем не просто так разыгралась мигрень… Но это предполагает, что они с Валиком были знакомы ещё до катастрофы… Нет, я тут чёрт знает чего себе сейчас напридумываю – проверить-то возможности нет. Если бы мне этот расклад пришёл в голову раньше, я бы попросил Артура Владимировича нанять частного детектива, чтобы либо подтвердить, либо опровергнуть мои домыслы. Лучше бы опровергнуть, честное слово… Только вот сейчас… Сейчас я уж точно никак не смогу повлиять на события в моём мире. А жаль. Я бы вернулся – даже не для того, чтобы отомстить – хотя и это тоже. Валику бы я отомстил по полной программе – он мне должен. Должен очень многое, начиная с ни в чём не повинных Багиры и Джека. А если он причастен к смерти отца, то его долг становится вообще неподъемным. Однако, кто сказал, что ничего нельзя сделать? Я не знаю ничего об этом мире – значит, нужно узнать о нём побольше. Вдруг тут есть какие-нибудь технологии перемещения в другие миры. Или там магия какая-нибудь? Но для того, чтобы со мной захотели общаться люди, владеющие такими знаниями – я и сам должен из себя что-то представлять. Вряд ли кто-то захочет помогать типу, у которого даже штанов не имеется. Значит… значит, нужно стать кем-то. А пока я никто и звать меня никак. А посему стоит запихнуть все подобные мысли в какой-нибудь дальний уголок сознания и приступить к делу. Кто владеет информацией – тот владеет миром, а у меня пока этой информации с гулькин нос…
Пока я раздумывал таким образом, рассвело окончательно, и Антошка сонно заворочался рядом. Что ж, пора вставать и отправляться на поиски информации – не век же нам торчать на островке посреди моря – хоть и таком симпатичном.
Я растолкал Антошку, тот недовольно пофыркал спросонья, но со мной согласился. Так что наши утренние сборы были недолги – пищи в море полно, да и островки такие, буде мы захотим размять ноги на суше, наверняка нам встретятся. Так что кое-как умывшись – вода, кстати в здешнем море оказалась абсолютно пресной и даже приятной на вкус, я руками привёл в порядок свои внезапно, как и у Антошки, отросшие волосы – понимаю ведь, что бесполезно и в воде всё равно всё встанет дыбом, но привычка же… Потом мы поймали себе ещё по рыбине – стараясь выбрать таких же, как и вчера – до меня запоздало дошло, что среди представителей местной фауны могут быть и ядовитые, и нам, дуракам, сильно повезло, что первая же дегустация не отправила нас на небеса уже окончательно. Так вот, мы позавтракали и отправились куда глаза глядят, перемещаясь, в основном, под водой. И это было здорово. Море было не слишком глубоким, и внизу, под нами, колыхались целые поля водорослей – красных, синих, оранжевых, жёлтых, фиолетовых и белых. Это сказочное зрелище дополнялось стайками, стаями и стаищами рыбок разнообразных размеров и расцветок, порой настолько пёстрых, что рябило в глазах. Но никого крупнее нас мы так и не встретили – и я сделал вывод, что если здесь и есть хищники – то не в здешних водах. Но, тем не менее, оглядываться не перестал. Мало ли что.
Плыть было легко, новое тело подчинялось мне безукоризненно, и постепенно мы с Антошкой начали дурачиться – нагоняя друг друга, вертясь волчком и выделывая в воде замысловатые пируэты. Ощущение собственного телесного здоровья пьянило и чуть не сыграло со мной дурную шутку… Кстати, с другой стороны, это нам и помогло кое в чём. Меня с самого начала сильно напрягало, что мы с Антошкой не могли общаться в воде – только какими-то знаками. И вот, когда я в очередной раз перегнал его и стал выделывать что-то вроде петли Нестерова,* только в воде, мне в голову неожиданно прорвался Антошкин заполошный вопль:
- «Сзади, Холодок, сзади!»
