Я глянул ему на спину. Полоска чешуек спускалась от основания шеи до гмм… сливаясь с чешуёй на пятой точке. Довольно красиво, кстати, смотрится. Но… но только… Моя рука дёрнулась, дотронувшись до паха, и я похолодел. Ничего. Гладкое место. Чёрт, вот обида-то какая – я его даже в деле попробовать не успел ни разу, как-то всё возможности не было… Что ж, теперь помирать, как Жанна д’Арк – девственником? Чёрт, да я вроде умер уже… Лицо у меня было, видимо, такое, что Антошка расхохотался от души:
- Холодок, ты чего? Всё у нас в порядке, смотри!
И мой отвязный приятель провёл рукой по чешуйкам спереди. Они как-то раздвинулись, и тут-то и обнаружилось то, о потере чего я уже успел посокрушаться. Правда, тоже нежно-голубого цвета, но это не суть важно. А то я за всю свою прошедшую жизнь успел привыкнуть к тому, что я именно мальчик, а не нечто непонятного… точнее, вовсе отсутствующего пола.
В остальном наши тела не особо отличались от обычных, человеческих, но что-то мне подсказывало, что это ещё не все сюрпризы. Однако… Ноги… Мои ноги… А если попробовать встать?
И я, осторожно перекатившись набок, встал на четвереньки. Моему восторгу не было предела, когда этот нехитрый маневр увенчался успехом. Ободрённый этим, я рывком вскочил на ноги… и пошатнулся. Оказывается я уже и подзабыл, каково это, когда собственное тело тебе подчиняется. Перепуганный Антоха подскочил ко мне и поддержал:
- Холодок? Ты как?
- Офигенно, - совершенно честно ответил я и улыбнулся. – Кажется, здесь я могу ходить.
- Скорее уж, плавать – резонно отозвался Антоха. – Что делать-то будем?
Мой желудок отозвался громким ворчанием, Антохин ответил ему полным согласием.
- А что мы есть-то здесь будем? – удивлённо спросил Антоха.
Я окинул взором тот кусочек суши, на котором мы оказались. Это был небольшой уютный островок с янтарного цвета песком, окружённый ласковым изумрудным морем. Такой же, но более насыщенный, кстати, цвет был и у здешнего неба, с которого светили два солнышка – одно побольше, другое поменьше. Красиво, конечно, но поблизости не наблюдалось ничего похожего на растительность. Просто изогнутый дугой песчаный пляж посреди океана. Однако, есть хотелось всё сильнее, и я сказал Антохе:
- Слушай, раз мы водоплавающие, похоже, что-то вроде русалок, так может, нам попробовать в море пищу поискать?
- А давай! – радостно заявил Антоха и с разбегу плюхнулся в море. Я последовал за ним… и вот тут-то моё новоявленное тело выдало новый сюрприз. На голенях откуда-то развернулись серебристые плавники, а пальцы ног странно удлинились, образовав что-то вроде ласт. На пальцах же рук выскочили недлинные, но острые серебристые когти. Ого… по интересному пути пошла здешняя эволюция.
Между тем тело явно хорошо знало, что ему надо. Оно радостно изогнулось, набрав под водой… ага, я уже под водой… прямо-таки немыслимую скорость и рвануло к стайке довольно крупных серебристо-синих рыбок. Рыбёшки прыснули врассыпную, но не тут-то было. Один взмах рукой, и мои когти вонзились в бок крупной рыбине, когти другой руки без особых усилий отсекли ей голову и выпотрошили, потом легко, словно чулок, сняли шкурку. Да, с таким умением рыбу разделывать… за три секунды… меня бы в любом японском ресторане приняли бы на ура. Однако теперь-то что делать?
Тело само ответило на мой вопрос, развернувшись к островку. Так, значит, под водой мы всё-таки не питаемся… Логично. У меня же, кроме жабр, ещё и лёгкие есть, а им лишняя вода совсем ни к чему.
Я покосился на Антоху. Тот тоже сжимал в руках рыбью тушку, разделанную так же безупречно, как моя. Ну, вот, значит, нужно выйти на сушу и пообедать.
Самое интересное, что как только мы вернулись на островок, плавники и «ласты» тут же исчезли, словно внутрь втянулись. Нет, определённо, здешняя эволюция была весьма затейливой и странной. Когти, кстати, втягиваться не спешили – ну, да, столовых приборов у нас нету, а кусочки отрезать как-то надо.
Выбравшись на берег, мы с удивлением воззрились на сырую, хоть и разделанную рыбу, которую сжимали в руках.
- А мы сможем… сырую? – с некоторым недоумением пробормотал Антошка.
- Ну, японцы же как-то едят, - отозвался я. – А мы, то есть, такие, как мы, в этом мире наверняка только сырой и питаются – не будешь же в море костёр жечь.
Антоха с сомнением отрезал кусочек от рыбьей тушки и положил в рот. Прожевал и отрезал ещё один, пробормотав:
- Ефь, это ффкуффно…
Рискнул и я. Надо сказать, на рыбу нашего мира это было не особенно похоже. Больше всего по вкусу наша добыча напоминала отварную чуть-чуть подсоленную курицу. В общем, была вполне съедобной. Так что мы умяли всё и растянулись на песочке. Когти же смирненько втянулись, едва мы закончили трапезу.
- И что теперь? – поинтересовался Антошка. Вот же неугомонный. Ладно, попробуем проанализировать ситуацию.
- Думаю, - высказался я, - что мы действительно попали в другой мир.
- А почему? Почему мы не умерли? – удивился Антоха.
- А вот ты что последнее помнишь? Перед тем, как здесь очнулся? – спросил я.
