«Да-а-а, потому что ты сама сталкерша, Аня».
– Ой, да брось, просто выяснил, куда она ходит тренить. И обедать. И так… по мелочи. Ну а что? Это была моя идея фикс – срочно соблазнить, как ты бы выразилась, эту красотку, иначе умер бы от сперматоксикоза. В соцсетях она просто благоухала: фитнес, ЗОЖ, волонтерство, своя позиция – ну сказка, а не девочка. Я был реально очарован, без шуток. Позвал в кафе – она клюнула. Мы встретились, я на седьмом небе от счастья, отрепетировал диалог, а она… ни рыба ни мясо.
– То есть?
– Никакая. Двух слов связать не может. Все посты были явно выжаты из ее мозга соковыжималкой. Скучная, пресная, бледная. Еще эти усики…
– Ты это все к чему?
Он молчит, смотрит на меня, а я на него. Пауза становится неловкой, я жду какого-то гениального заключения или вывода, но, кажется, зря. Опять сделала ставку не на ту лошадку.
– Да просто история смешная, решил поделиться. – Ник улыбается мне как ни в чем не бывало.
Я жмурюсь и утыкаюсь лбом в стол. Стучусь об него пару раз, а потом, будто перезагрузившись, принимаюсь красить стены в особняке Ирвыл Рвидлтв. Не верю, что Ник рассказал эту историю просто так. Он все делает с выгодой, это явно какой-то намек. Видимо, на то, что Аполлонов на самом деле пустышка, а я перед ним зря краснею.
– Я повторюсь, учитель мне больше не нужен. Я вышла из кладовки, – спокойно говорю, пристукивая носком кроссовки о ножку стола.
– Да ладно тебе, мы на верном пути. Смотри, ты сделала первый шаг, но это еще не все! Теперь нужно научиться нормально коммуницировать с людьми. С Аполлоновым мы худо-бедро заговорили, но талантливая сучка должна быть в теме. Она не сидит одна в кабинете, пока все дружат.
– И что ты предлагаешь? – случайно перекрашиваю фасад вместо внутренних стен и жму отмену, но все зависает. Чтобы не смотреть на Голицына, пока надрывается ноутбук, я смахиваю экран телефона, но к тому времени «Симс» снова оживает.
– Прибухни. В субботу.
Я медленно поворачиваю к Голицыну голову и вопросительно поднимаю бровь:
– Ты с ума сошел?
– Это корпоратив, там все будут пить, а ты… дай-ка угадаю, сидеть в телефоне в углу? Читать статьи про стадионы, построенные «Аполло Арт»? Или, может, тихонько пускать слюни на накачанное тело Аполлонова?
Откуда он…
Мое сердце проваливается в желудок, где ему явно не место. Меня пробивает нервная дрожь. Голицын тычет пальцем в незаблокированный экран моего телефона, который лежит на столе. На нем открыта страница блога о татуировках с тем самым фото с голым торсом Андрея.
Черт, черт, черт!
Я начинаю краснеть так, как не краснела никогда в жизни. У меня в прямом смысле закипает лицо, а кожа на висках и лбу не просто горит – она будто плавится. И тошнота тут как тут. Ох, как меня тошнит! Где здесь ближайшая мусорная корзина? На всякий случай.
– Да ладно, расслабься. Я уже понял, что не единственный у тебя в твоих влажных фантазиях. Бывает, – весело болтает он, а я сглатываю и с опаской поднимаю на него взгляд. – Эй, а теперь не спорь и слушай. – Он упирается ладонями в стол, нависает надо мной и застывает на расстоянии вдоха от моих губ. – Задание на субботу: прибухни с коллективом. Подружись. Когда ты в этой лодке не одна, никакой босс не страшен, да? Ты никого не знаешь, тебя не знают. Так стань своей. Найди хоть одного друга, в идеале двоих.
Я мотаю головой и возвращаюсь к игре, где быстро и бессистемно начинаю зонировать пространство, даже не продумав детали. В итоге спальня прилегает к кухне, а ванная оказывается в другом конце дома, потому что ей больше нигде не хватает места.
– Расслабься. Ты опять напряжена, как забитая мышца. – Голицын сжимает мое плечо, а я злюсь от его бесцеремонных прикосновений и ставлю кухонные шкафчики фасадом к стене, искренне недоумевая, почему они выглядят не так, как на картинке в магазине.
– У-у, как все запущено, – констатирует чертов Ник. – Знаешь, что будет дальше?
– Что? – Голос предательски дрожит.
– Ты влюбишься в меня вместо него, так и не узнав, какой он человек.
Я резко поворачиваю голову к Голицыну и искренне не понимаю: то ли идиот, то ли гений.
– Я не собираюсь влюбляться в тебя. И… в него!
– Это мы еще посмотрим, – говорит Ник невпопад.
– И напиваться на корпоративе я тоже не собираюсь.
– Ну да, ну да.
– Ты мне больше не профессор!
– Ты просто испугалась нового задания, потому что боишься пьяненькая залезть на своего Иванушку. – Он вдавливает палец прямо в лицо Андрея на моем телефоне, который я тут же блокирую.
– Ты учишь меня не тому, чему обещал.
– Одно другому не мешает. Ты же делаешь успехи? Значит, я учу тебя именно тому, что нужно. Заметь: ты не заикаешься при мне. Знаешь почему?
– Потому что я тебя и не уважаю.
– А вот и не правда… уважаешь. И я тебе нравлюсь. – Он начинает говорить медленнее и тише, это раздражает. Я сглатываю и бездумно крашу стену за стеной в отвратительно розовый цвет.
