Однако, глядя на ребенка, я начала думать: а не «псевдоживой» ли человек я сама? У каждого есть одна-две большие или маленькие проблемы в жизни, но, наверное, я притворялась, что являюсь единственным человеком, которому тяжело, жаловалась и ворчала из-за малейших трудностей. Даже в тот момент, когда я наблюдала, как ребенок изо всех сил пытается хоть как-то поднять голову и посмотреть вперед, а реабилитолог говорит «еще чуть выше», я думала, что никогда не перестану стыдиться.
В 2008 году я освещала работу самого посещаемого сеульского донорского центра в районе Курогу. Он был небольшим и состоял из кабинета для осмотра и помещения для сдачи крови, между которыми находилась зона ожидания и регистрации. Но для съемочной группы из восьми человек и без того небольшое пространство казалось очень тесным. Люди приходили сюда ненадолго. Иногда, чтобы взять у человека интервью, было всего несколько минут. Едва закончив с одним собеседником, я тут же принялась искать другого, когда ко мне подошел ответственный продюсер и попросил уделить ему минутку. Я подумала, что это что-то срочное, но он неожиданно усадил меня в углу и сказал просто снимать людей, которые приходят в центр сдачи крови.
Сначала я не поняла, почему мне поручили просто сидеть и наблюдать за ними, ведь время на сбор материала ограничено. Где-то там может быть главный герой программы с душевной историей или тот, кто очень хорошо говорит и произведет впечатление на зрителей, поэтому я подумала, что то, чем я занимаюсь, – это пустая трата времени. Правильнее было бы взять еще хотя бы одно интервью, но когда я рассказала о своих сомнениях ответственному продюсеру, он спросил:
– Почему большинство приходит сдавать кровь именно сюда, а не в центры в Апкучжоне или на Хондэ?
– Ну, потому что у них не так много свободного времени, но они все равно хотят помочь.
– Почему нам хочется помогать другим, даже когда мы очень сильно заняты?
– Не знаю. Но люди мне рассказали, что чувствуют себя лучше после того, как сдали кровь и сделали что-то хорошее.
После этого продюсер еще некоторое время задавал мне вопросы, а я отвечала на них, наблюдая за людьми, пришедшими в центр сдачи крови. И, к своему удивлению, начала замечать вещи, раньше скрытые. До этого я была поглощена только тем, что спрашивала: «Почему вы пришли сдать кровь?», но, приглядевшись, я обнаружила, что стала смутно понимать причины, по которым они приходили сюда, и видеть их жизни. Лишения, воспоминания о полученной помощи, новости о том, что число людей, сдающих кровь, уменьшается, истории о тех, кто приходит, чтобы впервые спустя долгое время сделать что-то хорошее, потому что для спасения жизни человека не требуется много времени, и т. д.
Затем я повстречала женщину, которая приехала вместе с двумя детьми на велосипеде. Она сказала, что у нее не так много свободного времени, так как ей приходилось подрабатывать на второй работе, но она нашла минутку, чтобы сдать кровь. Женщина рассказала, что, так как выпуски новостей ее расстраивают, она старается их не смотреть, но надеется, что вопрос с уволенными работниками компании SsangYong[5] благополучно разрешится. Добавив, что точно так же уволить могут кого угодно.
Пока я ее слушала, мне в голову пришла мысль. Считалось, что помогать другим – дело непростое и требующее большой решимости, но для тех, кто посещал донорский центр, сдавать кровь было не так уж сложно. Они делали это без какой-либо великой или особой причины. Профессор Брайан Хейр, автор книги «Выживает самый дружелюбный»[6], пишет:
«Большинство из нас отреагирует на попавшего в беду ребенка, будет утешать коллегу, чей супруг умер, или ухаживать за больным родственником. Мы все однажды подружились с людьми, которые когда-то были чужими. У нас есть огромный потенциал к состраданию, а эволюция привела к уникальной способности проявлять дружелюбие по отношению к внутригрупповым незнакомцам».
Профессор Брайан Хейр идет дальше и утверждает, что человечество выжило благодаря доброте. Его слова были глотком свежего воздуха для меня, девушки, выросшей на том, что принцип естественного отбора применим не только к природе, но и к человеческому обществу. И смутная мысль, возникшая, когда я встретилась с женщиной, говорившей о посещении центра сдачи крови так, будто это пустяк, и что проблема уволенных работников SsangYong касается на самом деле всех, потому что кого угодно могут уволить, казалось, обрела форму.
Если бы не ответственный продюсер, я бы так и продолжила тогда блуждать в поисках трогательных и особенных причин, по которым люди пришли сдать кровь. Я думала, что это единственный способ сделать выпуск ярким. Однако если доброта и отзывчивость – неотъемлемые черты человека, то и причина посещения центра сдачи крови не должна быть особенной. К счастью, я узнала об этом благодаря встреченной женщине. Профессор Брайан Хейр говорит:
