Там на полу стоял ящик для стеклотары. Иван Ильич только теперь заметил, что ящик опрокинут, бутылки в беспорядке рассыпаны по полу, а одна даже разбита.
– С ноги, что ли?
– Со всей дури!
– А в свое кафе он теперь народ пустит? – с опаской спросил Иван Ильич.
– Вроде не вспоминал о поминках, слава богу. С ним Людмила, жена Петра, договаривалась. Она женщина серьезная.
– Вы знакомы разве?
– Один раз виделись, через забор, когда ее родителям показывать привозили. Давно, сыну год или полтора было… Но она ж директриса школьная, таким палец в рот не клади.
– Правильно мыслишь, – он кивнул на тетрадку и спросил: – Как там, тетка не задолжала?
– Рассчитаемся.
Хозяйка быстро нашла нужную страницу и назвала сумму, набежавшую за три недели, которые Иван Ильич провел в безвыходном положении. Он положил несколько купюр на прилавок, распрощался и вышел.
На следующий день Иван Ильич встал непривычно рано. Поминки назначили в два часа, и чем себя занять на это время, он понятия не имел. Все домашние дела были переделаны. Дров отец Геннадий за три недели нарубил с запасом: благодаря оттепелям они расходовались мало. Утром растапливали кухонную печку, чтобы приготовить завтрак, вечером – ту, что в теткиной комнате. Дома было тепло.
Он взялся было за книжку – из тех, что набрал в библиотеке, да так и не успел прочесть – но слова не хотели складываться в связные предложения. С трудом одолев пару страниц, Иван Ильич отложил детектив в сторону. Какие тут романы, когда в жизни черт знает что творится?
Вот соберутся все сегодня – классическая развязка, между прочим – и что он предпримет? Должно быть, возьмет слово и выложит всю правду. Василий узнал об одной незаконной сделке, чем и навлек на себя гнев убийцы. О какой сделке, можно не упоминать, да и нечего ему сказать, если честно. Наверняка что-то связанное с базой, к ней тянулись все ниточки. Да, базу можно упомянуть. И тогда убийца…
А что он, собственно, сделает? Схватится за пистолет? Да нет никакого пистолета… скорее всего. Или бросится к дверям, за которыми будет ждать верный помощник сыщика? Фигушки! Никакого помощника тоже нет; не тетку же ставить на караул, в самом деле. Или преступник тут же сам признается во всем?
Черта с два! Не было у Ивана Ильича ни четких доказательств, ни ясного понимания, кто убил Василия.
Около десяти он заглянул на кухню. Там кипела работа: тетка заворачивала начинку в очередной блин, а на двух больших сковородках уже шкворчали его собратья. Румяные конвертики Зоя Ивановна укладывала в большую кастрюлю.
– Обедать же не будем сегодня? – вежливо поинтересовался Иван Ильич.
– До обеда ли, Вань? – тетка махнула рукой. – Если начинка останется…
– Не-не. Я тогда пойду прогуляюсь, чтоб под ногами не путаться.
Зоя Ивановна буркнула что-то неопределенное и едва ли обратила внимание на слова племянника. Он тихонько прикрыл дверь. Отец Геннадий оставался дома – блины как-нибудь поможет донести.
На улице Иван Ильич поежился: непогожий выдался сороковой день. По застывшим лужам носилась одинокая шавка, ветер гнал по небу обрывки облаков. Мороз решил напоследок шибануть по деревне, чтоб все по домам попрятались. На девятый день так же было – природа будто по Ваське плачет. Впрочем, девятый и сороковой дни – ненастоящие, их изначально считали неправильно. А вчера вообще приятная погода была. Вот тебе и приметы.
База уже отчетливо виднелась впереди. На территории стояли две машины – стало быть, городские гости уже прибыли. Иван Ильич ускорил шаг: он тоже явится заранее. Будет первым деревенским гостем. Может быть, удастся с кем-нибудь перекинуться парой слов – пусть даже неласковых – а может, и помочь чем. На поминках вечно рук не хватает.
Хуже только на похоронах: там еще и крепких спин нужно штук шесть – в деревне поди найди.
У ворот он остановился в нерешительности: дверного звонка тут не предусмотрели, а орать как-то несолидно. К счастью, из дверей кафе тут же вышел Петр с какой-то женщиной. По-видимому, жена.
Иван Ильич махнул рукой. Петр особой радости не выказал, но подошел к своему внедорожнику, открыл дверь и нажал на гудок. Лысый охранник резво выбежал из своей будки, на ходу перебирая связку ключей. Разглядев визитера, он сбавил прыть и с явной неохотой отпер ворота.
– Рановато явились, – ветер швырнул эти слова прямо в лицо.
– Подумал, может помощь нужна.
Он старался держаться с достоинством, но попроще. В конце концов, репутацию чудака, который всюду сует свой нос, уже ничем не перешибешь.
– Нужна-нужна, – женщина подошла к воротам с улыбкой протянула руку. – Людмила, жена Пети. Мы тоже пораньше решили приехать, мало ли что. Я все дома приготовила, но пока стол накроем: час туда, час сюда…
