К нашему с Купером удовольствию, первое, что Энтони сделал, когда мы подошли к грилю, — это забрал у нас газировку и вручил по банке пива. Отец Мии вел оживленную беседу с двумя какими-то мужчинами, и Энтони сам пригласил нас пообщаться. Я почти уверен: он рад возможности спровадить своих детей к бассейну.
— Бывал на его матчах?
— Пока не было времени, — говорит он, отрицательно мотая головой. — Дети, чувак. С ними не жизнь, а черт-те что. Эй, Рик, иди сюда! Парень Мии — брат Джеймса Каллахана!
К нам неторопливо подходит один из кузенов Мии.
— Квотербека «Иглс»?
— Ага. Эти парни — его братья. Себастьян и… Как, ты сказал, тебя зовут, чувак?
— Купер, — суховато отвечает Купер.
Энтони этого не замечает, а если и замечает, то не придает никакого значения и лишь хлопает его по плечу.
— Купер, точно. Хоккеист. А Себастьян — бейсболист. Потрясно, да?
— Сын Джейка Миллера. — Рик, щелкнув пальцами, указывает на меня. — Верно. Я что-то читал о том, что Каллаханы тебя усыновили.
— Да, — отвечаю я, не зная, как еще можно на это отреагировать. Довольно странно, когда люди сообщают тебе факт твоей собственной биографии таким тоном, будто ожидают, что для тебя это новость. — Мы принесли несколько футболок с его автографом. Подумали, они покажутся вам отличными…
— А парень-то, — Энтони похлопывает меня по плечу, — парень-то соображает, что к чему. Ты сам-то как, играешь? Или только в бейсбол? Мы просто планировали сегодня чуть потолкаться, побегать.
— Ну наконец-то малышка Мия сделала адекватный выбор, — говорит Рик. — Хотя планка для тебя, чувак, конечно, была не особо высока: парень есть — и на том спасибо.
Он заливается смехом, и Энтони тоже начинает хохотать.
— В каком это смысле? — спрашиваю я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, несмотря на покалывания в затылке. Купер бросает на меня предостерегающий взгляд, но я его игнорирую.
— Ну, она какое-то время назад бредила тем, что ей будто бы не нравятся парни, — объясняет Энтони, — что ей и без них норм или типа того — я в этой чуши не особо разбираюсь. Но раз она теперь с тобой, то это, очевидно, не так.
Я моментально вспыхиваю от гнева. Если, приезжая домой, Мия вынуждена постоянно терпеть подобное отношение, то меня совсем не удивляет, что она не хочет здесь бывать.
— Она не бредила.
— А?
— Она не бредила, — на этот раз тише повторяю я. — Она такая, какая есть. Так что, да, вместо меня она могла бы сейчас встречаться с кем угодно. Но она выбрала меня, и я чертовски за это благодарен.
— Да ладно тебе, — отмахивается Рик. — Мы же просто прикалываемся.
— Ну, значит, не стоит. — Я делаю шаг вперед, мысленно радуясь, что превосхожу его по габаритам. — Это не смешно. Она член вашей семьи, и вам следует уважать ее — и плевать, с кем она там встречается.
К чести Энтони, он явно выглядит пристыженным.
— Просто для всех это был настоящий сюрприз, — говорит он. — Она ведь с нами почти не общается, и тут — бац! — приводит тебя. Так у вас все серьезно? Ты теперь с моей младшей сестренкой?
— Да, — коротко отвечаю я. — Она…
— Себастьян, — вдруг произносит отец Мии. — Ты как, сынок, с грилем обращаться умеешь?
Я на секунду замираю, а потом оборачиваюсь через плечо:
— Да, сэр, и довольно неплохо.
— Не скромничай, Себ, — говорит Купер. — Он в этом настоящий ас!
— Тогда скорее иди сюда и помоги мне поджарить сосиски, — приглашает тот. — Энтони, а ты принеси из холодильника еще котлет для бургеров: их уже почти не осталось.
Слышал ли он нас? И если да, то что об этом думает? Помнится, родителям Мии известно о ее отношениях, но все же знать и принимать — понятия разные, а мне не хотелось бы усугубить ситуацию. А вот поговорить с ее отцом, упрочив приятное впечатление о себе, не помешает. В конце концов, однажды мы можем стать одной семьей. По крайней мере, я на это очень надеюсь.
— Конечно, сэр. — Я поворачиваюсь обратно к братьям Мии. — Она моя девушка, и у нас все серьезно. В моем присутствии следите за своими языками.
Я смеряю их долгим взглядом, прежде чем подойти к грилю. Отец Мии, тоже Энтони (хотя большинство присутствующих предпочитают называть его Тони), — крупный мужчина спортивного телосложения с широкими плечами и грудью колесом. Интересно, не занимался ли он в молодости футболом? Он тычет в сосиску щипцами, затем смотрит на меня и, хмыкнув, продолжает готовить. Я выпрямляю спину. Энтони, придурковатый братец Мии, — это одно, а Тони Ди Анджело — совсем другое.
— Так ты, значит, парень Мии, а? — наконец произносит он. — Она еще никогда не приводила домой парня.
— Да, сэр, — отвечаю я.
Он снова смотрит на меня.
— Бейсболист, говоришь?
— Да, сэр. — Сглотнув, я оглядываюсь по сторонам в поисках Купера. Тот беседует с двумя дядями Мии, один из которых громко хохочет над тем, что сам только что сказал. — Сейчас я играю за команду МакКи.
— Планируешь стать профессионалом, как твой старик?
— Думаю об этом, — отвечаю я, потому что совершенно не хочу обсуждать свою ситуацию с незнакомцем, особенно когда в паре метров от нас находится мой брат.
