Хоум-ран! полностью

Но это настоящий бред. Ее одной мне будет достаточно — ведь она настоящее сокровище. С детьми или без детей, в браке или нет, со всеми ее чертовыми родственниками или без них — мы созданы друг для друга. Но Иззи права. Ей нужны доказательства. Иначе она так и не услышит того, что я пытаюсь ей сказать.

— Иззи, — отвечаю я, — тебе когда-нибудь говорили, что ты гений?

60

Мия

Так непривычно с короткими волосами.

Я, гримасничая, смотрюсь в висящее над раковиной зеркало. Может, собрать их в хвост? Теперь, когда мои волосы стали короче примерно на пятнадцать сантиметров, их намного труднее заправить за уши, а я ведь не хочу, чтобы они лезли мне в лицо, пока я буду выступать.

Прямо сейчас Себастьян в последний раз выходит на бейсбольное поле.

Я же собираюсь отправиться в аудиторию, где должна состояться конференция.

Если не принимать в расчет мою прическу, то выгляжу я неплохо: на мне черные обтягивающие брюки-слаксы, лоферы, светло-голубая рубашка и черный пиджак. Образ дополняют мои любимые серьги-обручи и подвеска: сегодня они служат для меня своеобразным талисманом. Я вот-вот вой­ду в комнату, полную известных ученых — в основном мужчин. Я заранее постаралась подобрать одежду так, чтобы меня восприняли всерьез. Поправив сережку, я делаю глубокий вдох.

Даже если бы мы с Себастьяном не расстались, я бы все равно не смогла прийти на сегодняшнюю игру. Он бы не допустил, чтобы я отказалась от посещения такой важной конференции, а я, говоря откровенно, и не предложила бы. Явись он послушать мое выступление вместо участия в матче, это был бы лишь очередной компромисс, на который ему пришлось бы пойти ради меня.

При мысли об этом я каждый раз чувствую такую боль, как если бы мне в грудь всадили тупой ржавый кинжал.

Наши звезды не сошлись.

Мы с ним даже не в одной галактике.

— Мия! — зовет Элис, распахивая дверь. — Да где, черт возьми… А, вот ты где. Отлично. Сколько можно здесь сидеть? Ты опаздываешь.

Я поправляю пиджак и поднимаю взгляд. На ней сегодня строгое платье и балетки на плоской подошве. С нашей последней встречи она явно сходила в парикмахерскую.

— Привет, Элис!

— Мне до сих пор не верится, что Беатрис доверила тебе выступить с таким важным докладом, — говорит она, даже не пытаясь скрыть переполняющую ее зависть. — Об этом следовало бы рассказывать тому, кто действительно разбирается в теме исследования.

— Она уже давно это решила.

— К­акая-то старшекурсница! Я пишу об этом диссертацию! А ты едва понимаешь, о чем говоришь!

— Удачно защититься, — бурчу я себе под нос, пытаясь протиснуться мимо нее к выходу из туалета.

Элис делает шаг в сторону, загораживая проход.

— Прошу прощения?

Я могла бы сделать вид, что эти слова были искренними, но… последние несколько недель она совершенно не помогала мне в работе и только и делала, что срывалась из-за своей неуверенности в себе. И все это время я терпела ее издевки, чтобы не портить отношения. Она может думать обо мне что угодно, но я честно заслужила право выступить с этим докладом. Я и так невероятно нервничаю, да к тому же страдаю из-за разбитого сердца, и втаптывать себя в грязь не позволю. С меня хватит. Только не сегодня.

Все это время я старалась не выпускать свои коготки, но сейчас… Элис выбрала не лучший день, чтобы окончательно вывести меня из себя.

— Я сказала: удачно защититься. Надеюсь, ты помнишь, что я переписала за тебя половину кода?

Ее лицо вспыхивает.

— Не говори глупостей!

— Ты отлично знаешь, что это правда. — Я подхожу на шаг ближе. — Ты действительно очень умна, Элис, но только не в практических вопросах. Я пыталась помочь тебе, а ты не захотела работать вместе.

— Я не просила Беатрис, чтобы она навязывала тебя мне в помощницы.

— Взгляни на собравшихся там людей, — говорю я. — Почти все из них — мужчины. Все это время мы могли бы поддерживать друг друга, ведь в нашей сфере женщин совсем немного. Однако вместо этого ты предпочла обращаться со мной так, будто я непроходимая тупица. Но я исправила все недочеты в программе, и теперь следующая статья профессора Санторо будет еще полнее, как и твоя диссертация. Я заслуживаю выступить с этим докладом.

Элис краснеет еще сильнее, открывая и закрывая рот, прежде чем снова обрести дар речи.

— Если ты облажаешься, это напрямую отразится на мне, — наконец произносит она.

Я иду прямо на нее и берусь за дверную ручку.

— Тогда тебе очень повезло, что я держу все под полным контролем.

Сказав это, я выхожу в коридор: спорить дальше мне совершенно не хочется. Я сворачиваю в какой-то кабинет и смотрю на часы.

Я должна быть в аудитории через десять минут.