Назад они возвращались дружной компанией. Впереди, почти не касаясь пола, важно плыла Стервоза — бесспорная героиня нынешнего дня. Сзади, взявшись за руки, вышагивали Зурка и Темняк. Она совершенно голая, а он в одних коротких штанах.
Ни в этот день, ещё только клонившийся к ночи, ни на следующий, добавивший в сладость торжества горечь трезвого осознания, никаких мер в отношении Темняка и Зурки предпринято не было. Стервоза отсыпалась сутки напролет, словно мартовский кот, вернувшийся домой после долгого отсутствия. Похоже, что поединок с коварной Шишкой изрядно обессилил её.
На какое-то время наша парочка была предоставлена самим себе. Зурка смотрела на Темняка глазами влюбленной тёлки, и ему стоило немалых трудов объяснить ей, что забавы ни в коем разе не должны мешать делу.
— Надо довести до конца то, что ты сама недавно начала, — втолковывал он девушке. — Иначе ты останешься у охранителей под подозрением, и нам обоим это может выйти боком. Немедленно разыщи их и расскажи всё, как было. Нам скрывать нечего. Объясни, что на них напали слуги одной из Хозяек, имеющей претензии к Стервозе. А ты сама здесь совершенно ни причем.
— Да плевала я на этих придурков! — отмахнулась она.
— Никогда не говори так! — Темняку даже пришлось повысить голос. — Нет ничего хуже, чем наживать себе врагов. Тем более, если для этого нет никакого серьёзного повода. Скажи охранителям, что я готов встретиться с кем-то из них. Желательно, чтобы это был человек по имени Тыр Свеча. Мы с ним давние знакомые и, надеюсь, быстро найдем общий язык.
— После того, что случилось с Цвирой, его единомышленники вряд ли согласятся встретиться с тобой наедине, — засомневалась Зурка.
— Если они чего-то опасаются, пусть приходят целой компанией. Я не возражаю. Но ты всё же им втолкуй, что Цвира погиб только потому, что сам собирался погубить меня. И не по причине идейных разногласий, а исключительно из-за ревности к одной небезызвестной особе.
— Постараюсь в точности следовать твоим советам, — пообещала Зурка. — Но ты же сам знаешь этих людей. Они имеют собственную точку зрения по любому вопросу и зачастую не могут понять самых очевидных истин.
— Почаще улыбайся, и всё у тебя получится, — напутствовал её Темняк.
Зурка отсутствовала довольно долго, что могло косвенно свидетельствовать о плодотворном диалоге, однако новости, доставленные ею, нельзя было однозначно отнести ни к плохим, ни к хорошим.
Охранители внимательно выслушали версию случившегося, предоставленную девушкой, но никак её не прокомментировали. Человека по имени Тыр Свеча они якобы вообще не знали. Предложение Темняка, касавшееся личной встречи, было принято к сведению, но ни о каких конкретных сроках не упоминалось.
Если говорить в общем, то у Зурки создалось следующее впечатление: охранители ставят её слова под сомнение и в самое ближайшее время намерены досконально проверить каждый упомянутый факт.
— Это их право, — сказал Темняк. — Надеюсь, они вели себя с тобой вежливо?
— Более чем вежливо. Ближе пяти шагов боялись подойти.
— Значит, наука пошла им впрок. И это радует.
Вечером того же дня Стервоза вплыла в комнату, где Темняк и Зурка коротали время в невинной болтовне. Подобный визит был великой редкостью. Гора сама пришла к Магомету. По-видимому, настала пора держать ответ за все проделки последних дней, хотя Темняк даже и не представлял себе, как это будет выглядеть на деле.
К сожалению, настроение Хозяев нельзя было предугадать ни по форме тела, ни по окраске кожи, что было так удобно в общении с Годзей. Ничего определенного не могло подсказать и сияние, временами исходившее от них — для недостаточно зоркого человеческого глаза признаки гнева были неотличимы от признаков любопытства.
Тем не менее чувствовалось, что разборка намечается серьёзная, а иначе зачем бы Стервозе понадобился призрачный двойник, без промедления возникший в центре комнаты.
Молчание затягивалось. Внезапно Зурка вскрикнула и шепотом пожаловалась:
— Она меня ущипнула!
— Что бы это могло значить?
— Наверное, надо виниться.
— А как?
— Сама не знаю. Попробуй сначала ты. У тебя грехов больше.
— Ладно…
Однако как Темняк ни старался, никакого конкретного эпизода, заслуживающего покаяния, ему на память так и не пришло. Перед его мысленным взором мелькали одна за другой самые разные картины: и стычка с Цвирой, ставшая для карлика роковой, и печальное происшествие с “букетом”, и драка с лизоблюдами, и страсти-мордасти, пережитые в плену у чужой Хозяйки, и не совсем приличные для посторонних глаз эксперименты, которые он с согласия Зурки ставил над её гибким, прельстительным телом — но, похоже, Стервозу интересовало нечто совсем иное.
Оставалось лишь констатировать, что общение с Хозяевами относится к числу практически неразрешимых проблем. То ли дело отношения человека с собакой! Хороший пёс всегда знает, когда следует вильнуть хвостом, а когда гавкнуть. Человек, в свою очередь, прекрасно понимает, когда четвероногому другу надо дать что-нибудь вкусненькое, а когда достаточно просто почесать за ухом.
